Благородство и страсть

Но был ли у нее выбор? Грейс тяжело вздохнула и пошла за маркизом. Они свернули на дорожку, бегущую через маленький садик около его дома. Постепенно душившая ее паника начала перерастать в усталость и опустошенность.

Мэтью остановился под деревом и стал ждать, когда она подойдет к нему. Солнце уже начало садиться, и его золотые лучи окрасили белую рубашку маркиза в розово-оранжевый цвет. Грейс смотрела на его высокую, хорошо сложенную фигуру, и вдруг у нее что-то перевернулось в груди. Он был очень красивым и каким-то… одиноким. Это поразило Грейс до самой глубины души.

Неожиданно к Грейс подбежал Вулфрам и снова ткнулся своим черным носом в ее юбки. Она испуганно вскрикнула.

– Не бойтесь, он не укусит. – Лорд, не отрывая глаз, продолжал внимательно смотреть на нее. Похоже, живя на своем необитаемом острове в полном одиночестве, он забыл, что вот так пристально рассматривать другого человека не слишком прилично.

Она поджала губы. Этот мужчина не тронул ее и пальцем, он был добр к ней. А то, что он так смотрел на нее… Что ж, это не должно слишком сильно ее волновать.

Грейс посмотрела вниз и встретила умный взгляд янтарных глаз Вулфрама.

– Я люблю собак, – сказала она.

У нее на ферме жили три пса. В те минуты, когда на Грейс накатывало отчаяние, ей казалось, что только эти четвероногие существа и умеют по-настоящему, бескорыстно любить. Она протянула руку к морде Вулфрама, и тот обстоятельно обнюхал ее пальцы и ладонь. После этого собака позволила Грейс потрепать себя по шелковистому затылку и почесать у нее за ушами. От удовольствия Вулфрам даже закрыл глаза. Он вел себя так естественно и предсказуемо в отличие от тех людей, которые населяли эту роскошную тюрьму. Грейс улыбнулась.

Ей не хотелось, чтобы собака уходила. Грейс боялась снова остаться с маркизом наедине. Между ними циркулировали какие-то подводные течения, вызывавшие в ней беспокойство и возбуждение.

Она подняла голову и увидела, что лорд Шин все еще смотрит на нее. Улыбка мгновенно растаяла на лице Грейс, и она перестала гладить Вулфрама. Маркиз явно был чем-то раздражен. Но чем она могла вызвать это неудовольствие?

– Вам, похоже, удалось завоевать сердце Вулфрама, – бросил маркиз Шин. – Но не ожидайте, что и всех остальных вам с такой же легкостью удастся переманить в свои союзники.

От удивления Грейс застыла на месте, а маркиз быстро повернулся и направился к дому. Казалось, он больше ни минуты не мог вынести ее общества. Вулфрам бросился за ним следом.

Грейс же продолжала стоять на месте, словно молнией пораженная. Господи, но что она сделала не так? От страха и внутреннего напряжения у нее снова начала кружиться голова. Столь быстрые смены настроения маркиза обескураживали и пугали.