Благородство и страсть

– Оставьте меня, Христом Богом заклинаю!

Освободившись от цепких пальцев Файли, Грейс отползла к тропинке, села и попыталась прикрыть обрывками платья грудь. Ее лицо горело так, как будто его жалили тысячи и тысячи пчел. Дрожащими руками она подтянула к груди колени и уперлась в них подбородком. Ее трясло как в лихорадке.

Прошло несколько мгновений, прежде чем она смогла заплакать. Еще недавно ей казалось, что ей не спастись, что жизнь ее кончена. Но Мэтью успел… Правда, Грейс все еще не могла поверить в свою удачу. Теперь слезы безостановочно текли по ее щекам.

– Ты больше… никогда… никогда… не притронешься… к ней, – спокойно повторял Мэтью, сопровождая каждое свое слово сокрушительным ударом палки. Казалось, в него вселилась какая-то страшная сила или им снова овладело безумие. По голове Файли уже текла кровь, его лицо сделалось красным и похожим на кусок мяса.

– Не убивай его, Мэтью. – Грейс казалось, что она крикнула это, но на самом деле из ее горла вырывались звуки, напоминающие хриплое кудахтанье. Медленно поднявшись с земли, она шагнула к Мэтью."

"Послышалось недовольное ворчание Вулфрама, который как будто просил хозяина удовлетворить просьбу Грейс. Маркиз даже не обернулся, его рука продолжала автоматически наносить удары по груде костей и мяса, извивающейся у его ног.

– Это была просто шутка, ваша светлость. Ничего такого… Вы же знаете, каковы женщины… – Распухшие губы охранника с трудом шевелились. Неожиданно они сложились в некое подобие улыбки. – Вы же знаете, ваша светлость, каковы эти шлюшки. Им всегда хочется отведать настоящего мужчину.

– Ты сейчас подохнешь, мерзавец. – Мэтью замахнулся. Еще один удар, и Файли испустит дух.

Грейс схватила Мэтью за руку:

– Не делай этого. Не убивай его. Если убьешь, твой дядя снова посадит тебя на цепь. Лорд Джон решит, что к тебе вернулось сумасшествие.

Палка Мэтью на мгновение замерла в воздухе.

– Он причинил тебе зло.

– Да, он заслуживает смерти. Но ты не должен платить за это своей жизнью.

– Пожалуйста, милорд, прошу вас. Пожалуйста, цветочек, сжальтесь над старым дурнем, – завыл Файли и подобострастно изогнулся, что было еще отвратительнее его хвастовства и насмешек. Наконец, натянув штаны, он стал театрально расшаркиваться перед Мэтью и Грейс.

Грейс отвернулась. Она была сыта по горло выходками Файли. Глядя на Мэтью, она снова заговорила:

– Убив его, ты развяжешь руки лорду Джону.

Казалось, до Мэтью наконец дошел смысл сказанных Грейс слов. Его ладонь скользнула по ее распухшей щеке. Губы маркиза вытянулись в тонкую белую полоску.

Должно быть, она выглядит просто чудовищно, подумала Грейс. Боль она переживет, но все остальное…

– Меня так и подмывает размозжить ему голову, – сказал он.