Благодарная любовь

Симона не согласилась с ним:

– Год назад я спасла его маленького сына от падения в воду во время переправы, и с тех пор он считает себя моим должником.

Они вызвали паромщика, который отказался от предложенных денег, сказав, что их переправа на южный берег и его молчание уже оплачены тем, что Симона уберегла от беды его сына.

Изабелла взяла на руки Беллу и молча ждала, стоя на берегу, пока мужчины заводили лошадей на паром. Анвре подумал, что, вероятно, она тоже вспомнила об их ужасном бегстве на похищенной лодке. Однако Изабелла ничем не выражала своих чувств и неподвижно стояла, прижимая ребенка к груди.

Анвре переключил внимание на лошадей, желая сохранить их во время переправы на южный берег фиорда, и увидел, что Ранульф уже возвращается с парома, чтобы помочь женщинам. Паромщик взял за руку Тилли, а Ранульф поддерживал свою кузину, леди Симону.

Анвре приблизился к Изабелле.

– Я понесу Беллу, – сказал он, беря у нее ребенка в одну руку и подавая Изабелле другую. Ее рука была холодной, и, почувствовав, что Изабелла дрожит, он едва удержался от того, чтобы не заключить ее в объятия. Однако сейчас это выглядело бы нелепо. И все же он не переставал думать о том, как хорошо было бы держать в одной руке собственного ребенка, а другой обнимать Изабеллу за плечи.

Они взошли на паром и отчалили. Анвре вернул малышку Изабелле, сознавая, что его мечтания тщетны. В его будущем нет места ни жене, ни детям: привязанность к семье может однажды обернуться трагедией из-за потери близких.

На рассвете стало прохладно. Они высадились на южном берегу фиорда, и Изабелла закусила нижнюю губу, стараясь унять дрожь. Анвре почти не разговаривал с ней, но и по отношению к Симоне сохранял дистанцию.

– Изабелла, – сказал Анвре, – мы должны поторопиться. Тилли не имеет навыка в верховой езде, поэтому она поедет со мной, а вы возьмите Беллу.

Его тихий голос прозвучал как ласка. Однако он старался не прикасаться к ней, даже когда расстегивал ее плащ, чтобы перекинуть через плечо шерстяную перевязь и закрепить концы на талии. Она прикрыла глаза, сдерживая слезы. Его вынужденные прикосновения были слабым подобием тех объятий, которые они делили прежде. Он торопливо укладывал Беллу в углубление на перевязи, стараясь побыстрее завершить это дело.

– Анвре, – сказала Симона, – мы должны объясниться, прежде чем продолжим путешествие.

– Говорите все, что хотите, Симона, – ответил Ливре, помогая Изабелле сесть на лошадь. Сам он сел позади Тилли и направился вперед по тропе, оставив Симону с Изабеллой.

– Я говорила вам, что порой видимость бывает обманчивой, леди Изабелла, – начала Симона. – И мы обманывали весь Данфермлин в эти последние несколько дней.

– Никто не поддался обману, миледи, – холодно ответила Изабелла.