Благие намерения. Мой убийца

Назвал меня подозрительным, лицемерным варваром и по-всякому еще – мне не хотелось бы повторять – и заявил, что не станет держать у себя на службе человека, который видит его так, как, судя по моим действиям, вижу я, что у него не осталось ни одного честного преданного друга на земле. А потом началось такое, чего не было за всю мою долгую службу. Он заплакал.

– Наверное, от жалости к себе? – предположил Фенби.

– Наверное, так. Видеть, как джентльмен, к которому, несмотря на все его недостатки, я испытывал серьезное уважение, ведет себя подобным образом… Тяжело. Разумеется, в конце концов он заявил, что подобных людей рядом с собой не потерпит, и меня уволил. Это уже другое дело, это по-мужски. Увы, даже это он сделал в печали, сказав, что теряет единственного честного спутника. Учитывая, с какой легкостью он разбрасывался обвинениями в прошлом, я попытался простить его.

– Хотя он вас уволил?

– Ерунда, мистер Каргейт уже несколько раз такое проделывал, и мы оба не придавали этому значения. Вопрос был в том, подам ли я уведомление об уходе. Я все еще сосредоточенно думал, когда хозяин отправился в Лондон, и я уже почти решил, – голос Рейкса дрогнул, – что вряд ли смогу жить по-прежнему, когда пришло известие, что он мертв. И я почувствовал, что каким-то образом предал его и ничего уже не изменить. Именно поэтому я не мог собраться, чтобы помочь внести его в дом.

– Понятно.

Фенби предстояло еще сравнить показания Рейкса с рассказом мисс Нокс Форстер, побеседовать с миссис Перриман, садовником и викарием. Так что на данную минуту разговор с Рейксом был завершен.

Инспектор Фенби давно заметил, что больше всего времени уходит на проверку тех версий, которые в результате заводят в тупик. Он постоянно ожидал такого подвоха и старался не попадать в подобные ситуации. Но разве угадаешь? Ловушки возникают на каждом шагу. И прекрасным примером тому служили действия главных, казалось бы, лиц в четверг 12 июля.

Мистер Блэйтон аккуратно разложил все по полочкам.

– Милорд и господа присяжные, мы подходим к длинному периоду того дня, о котором я уже упоминал. Вы помните – я сказал, что он длился от 12.00 до 13.45, но есть в нем и важное исключение. Это исключение, говоря обобщенно, связано с тем, что почти два часа никто не заходил в библиотеку. В самом деле, с полудня до того момента, как Рейкс ударил в обеденный гонг, невозможно было войти в дом незаметно для самого мистера Каргейта и мисс Нокс Форстер; а мистер Каргейт, как вы услышите, в тот день находился в очень подозрительном расположении духа.

Примерно с полудня до часа все слуги обедали на своей половине. Вы услышите непоколебимые свидетельства миссис Перриман, кухарки, и Долли Джонс, служанки, что в то время они находились вместе.