Благие намерения. Мой убийца

 – С миссис Килнер нас познакомил мистер Ренвик. Почты от него не было?

– Не было.

– Лучше взгляну сначала, что ты прочитал в газете, вдруг речь пойдет об этом.

С гордым видом Грэнстоун протянул вырезку из «Дэйли мэйл», и я пробежал ее глазами. Судя по всему, Алан преуменьшил то, что сделал с Бейнсом, – или, как вариант, преувеличил журналист, который писал об имевшем место «грубом насилии» и о «расплющенном черепе». Из статьи не вытекало, что Алан ударил лишь единожды в приступе гнева, как он сам дал понять. Наоборот, создавалось впечатление, что убитому нанесли череду жестоких ударов. Хотя информация не обязательно была точна, так как в остальном короткая статья выглядела размытой. Очевидно, в полиции не спешили раскрывать карты. Но также очевидно было, что с прошлого вечера они искали Алана, и его длительное отсутствие не вызывало положительных эмоций.

Осмотрительно проявляя не больше интереса, чем, на мой взгляд, я бы проявил к такому делу, я вернул вырезку Грэнстоуну, а затем, подняв трубку, попросил телефонистку связать меня с миссис Килнер.

Эта милая леди, как я и подозревал, вся уже извелась. Для начала она намекнула, что мне следовало прийти в офис намного раньше. Затем претензии продолжились: я, видите ли, нестерпимо долго добирался. Очевидно, она пыталась дозвониться мне на домашний, и я обрадовался, услышав, что трубку никто не снял. Естественно, миссис Килнер жаждала новостей. Потребовалось все мое самообладание, чтобы, отвечая, не сболтнуть лишнего. Ситуация сложилась крайне запутанная. Во-первых, я знал, что произошло на самом деле (чего ей знать не следовало). Во-вторых, прошлой ночью в предрассветный час мы встречались (об этом я посоветовал ей упоминать поменьше на случай, если что-то всплывет). И, в-третьих, у нее вообще не было явных причин интересоваться этим делом.

– Нет, – ответил я. – Сюда мистер Ренвик мне не писал. У меня есть от него записка личного характера, вероятно отправленная до известных событий, но там говорится лишь про скромный долг, и в ней нет ничего, что может нам помочь.

Тут она начала разглагольствовать: вдруг то, что произошло в его квартире, не имеет к Алану никакого отношения. Домыслы я обсуждать отказался.

– Зато сейчас мы знаем, почему там была полиция.

– Как жаль, что я туда пошла.

Мое молчание, должно быть, напомнило, что Алан довольно недвусмысленно ее от этого предостерег, и миссис Килнер продолжила:

– Интересно, а ту телеграмму можно отследить?

– Очень маловероятно.

– При отправлении на обратной стороне необходимо записать свое имя и адрес.

– Да. По крайней мере, так нужно. Но на этом не всегда настаивают. В любом случае никто не проверяет, настоящее имя или нет.

– Интересно, написал свое Алан или нет?

– Понятия не имею.