Black u0026 Red

У меня еще два таких же интересных случая, и там я потихоньку начал уже разбираться, а тут пока совершеннейшая терра инкогнита… Может быть даже, мне для будущей докторской пригодится как случай, еще не описанный. И я не мог его упустить, не принять. Так что…

– Да я к вам потом приду, – быстро согласилась Катя. – И знаете что, Игорь Юрьевич, стоило мне вам позвонить, как… как все встало на свои места.

– Прежние проблемы? Снова беспокоят?

– Нет, просто муж уехал надолго, я одна, неспокойно как-то одной. А тут случай на работе – ночью женщину убили в своей квартире и… В общем, какие-то совершенно нелепые глупые страхи.

– Давайте встретимся завтра в…

– Завтра у нас брифинг в министерстве. Да я, собственно… совершенно по-другому уже себя чувствую. И этот ваш пациент меня рассмешил со своим Довлатовым. Может быть, все вообще прошло?

– Так, в любом случае вы мне звоните. Насчет ночных страхов… самый действенный способ – выпейте валокордина двадцать капель – вон аптека напротив, – Деметриос кивнул на окно. – Лучше всякого снотворного успокаивает. Перед сном включите музыку… вот возьмите, – он порылся в стойке и достал диск. – Чаплин, клоунская такая. И минут пять этот свой страх побудируйте, ну вытащите его из себя наружу, оглядите со всех сторон – музыка пусть играет, – постарайтесь перевернуть страх с ног на голову, отыщите в нем что-то комическое, смешное…

– В убийстве смешное?

– Это кощунственно звучит, но попытайтесь. Спляшите под Чаплина на костях. Это метод такой – парадоксальной интенции. Действенный. Если страшное превратится в смешное, я вам не понадоблюсь, ручаюсь.

Катя пожала плечами. Но диск взяла.

Мимо сквернослова она прошла с высоко поднятой головой.

– Ермаков, заходите, пожалуйста! – позвал Деметриос. Но…

– Девушка.

Катя оглянулась, как и в тот раз. Сквернослов по фамилии Ермаков вышел за ней на лестницу.

– Что, вот так и уйдете?

– А что?

– Ничего. Просто. Не каждый день такие девушки встречаются.

– Всего хорошего. Выздоравливайте.

– У вас неприятности? Ну, раз психотерапевт потребовался.

– Простите, я не обсужда…

– Я могу помочь? – Он спустился к Кате.

– Нет.

– С любимым поссорились?

– Ни с кем я не ссорилась. Я вообще одна как перст.

Зачем она выпалила это? В сердцах, от недомыслия, по глупости? Но зачем? Не оттого ли, что он… У него были серые глаза, открытый взгляд. И во взгляде этом сразу вспыхнули теплые лукавые огоньки.

– А вдруг я смогу вам помочь, а?

– Прощайте. – Катя застучала каблучками по лестнице вниз.

– Завтра в шесть вечера. Здесь, на бульваре, напротив ТАСС, – крикнул он ей вслед, – я буду вас ждать! Слышите, ровно в шесть!

– Выздо-рав-ливай-те!

– Не придете, буду торчать там, на бульваре, всю ночь, клянусь. А потом все равно вас найду.