Black u0026 Red

Но теперь действие лекарств прошло. Остался лишь туман в голове – этакий легкий морок, который, как завеса, иногда скрывал, а может, наоборот, ярко высвечивал окружающую реальность.

– Значит, в тот день вы узнали, что ваш муж изменяет вам с Лолой Вахиной, и решили их выследить? – Следователь Гольянова посвятила этот допрос конкретному «эпизоду в Текстильщиках».

– Я не могла этого больше терпеть. Он мой муж… у нас была такая свадьба…

Елена Константиновна вспомнила себя в белом платье, в белой фате. В зале ресторана горели хрустальные люстры, и жизнь представлялась сказкой. «Ваша волчья свадьба!!!» – с какой ненавистью крикнула им из толпы гостей та рыжая шлюха – его бывшая, которую он бросил. «Волчья свадьба! Будь она проклята!» Они все, все ненавидели ее. Потому что она была его женой, его неотъемлемой половиной, а они были ничем и никем, просто суками для случки."

"– В ту ночь вы ждали Лолиту Вахину в подъезде или на улице? – следователь Гольянова, не отрываясь от монитора компьютера, задала новый вопрос. На подследственную она не смотрела. Их разделял стол, на котором не было ничего лишнего и ничего опасного для жизни – только уголовное дело, компьютер да телефон – с кнопочным набором и трубкой на шнуре.

– В подъезде.

– Каким образом вам удалось погасить в подъезде свет?

– Там был распределительный щит на втором этаже. Я выдернула клемму.

– Вы это сделали, когда Вахина вошла в подъезд?

– Да. Она должна была почувствовать…

– Что почувствовать?

– Темноту. Испугаться… обоссаться со страху…

Елена Константиновна ощутила, что эта темнота – нет, ТА темнота у нее внутри.

Ступеньки провонявшей кошками лестницы – там, в том подъезде. Едкий, звериный запах. Он нигде и везде, он вокруг. А под ногами – корни деревьев, гнилые листья, палая хвоя. Шахта лифта, лес, сад, что начинается сразу за дачным забором, шахта лифта, веревка… Цепкие сучья рвут кружевную фату, так и норовят ткнуть в лицо, выколоть глаза. А сзади, если оглянуться… Нет, не стоит оглядываться. Однажды она уже оглянулась вот так, и ее настигли, прыгнув сзади, впились в горло. Волосатая хищная тварь…

Вон, вон, вон она несется как призрак! И белая фата в ее окровавленной пасти.

– Когда, в какой момент у вас возник умысел убить гражданку Вахину?

Голос… чей это голос?

– Я не понимаю.

А это чей голос?

– В какой именно момент – когда вы увидели ее на улице вместе с вашим мужем или позже, когда вы ждали в подъезде?

– Я не понимаю. Я хотела, чтобы ее не было, чтобы он никогда уже не смог с ней…

– Но мотив? Это была ревность с вашей стороны? – Следователю Гольяновой нужен был точный ответ подозреваемой. В дальнейшем этот вопрос – важнейший для следствия – не должен вызывать никаких кривотолков в суде.