Батя, Батюшко и Бэмби

Узнаю, как вы, как у Изольды Васильевны давление… — послушался из прихожей знакомый голос. И ответное Олино:

— Проходи. Мы ужинаем, будешь с нами?"

"Через пару минут в дверях появился недавний пациент Дэна — с букетом белых хризантем и слегка растерянный тем, кого застал на кухне у дочери. Да, Геннадий Игоревич, когда мы с вами прощались и я вам говорил о встрече во внебольничной обстановке, я не имел в виду именно это. Но так вышло.

— Добрый вечер, — нарушил слегка затянувшееся молчание Зеленский.

— Добрый, — ответил Денис, вставая. Руку ему пожали, а потом произошло торжественное вручение цветов.

— А это вам, Изольда Васильевна. В честь, так сказать, удачного разрешения ситуации.

Букет был принят благосклонно, но без суеты. Геннадий Игоревич, устраиваясь за столом, развил свою мысль.

— Я озвучил вашу идею со стихотворным сборником на совещании, она получила поддержку. Деньги выделили, так что к весеннему выпуску будет прилагаться спецпроект нашего альманаха.

Они еще и стихами занимаются. Неудивительно, что парень на скальпели засматривается.

Некоторую неловкость сняла сначала открытая по такому случаю — одобрению альманаха, конечно, — бутылка неплохого красного вина, правда, полусухого. Но Денис все равно только пригубил. И еще — Никита, который на дедовом галстуке продемонстрировал, как он ловко научился обращаться с хирургическим зажимом. Геннадий Игоревич переводил слегка растерянный взгляд с внука на дочь, потом на Изольду, старательно игнорируя Дэна. Никита упражнялся с галстуком, в Оле чувствовалось некоторое напряжение, но связанное с неожиданной встречей отца с Денисом в ее доме или с явно беспокоящей спиной — непонятно. Изольда сидела во главе стола с видом наседки, присматривающей за цыплятами, и время от времени переглядывалась с Зеленским. А Денис себя чувствовал театральным критиком, которого пригласили посмотреть спектакль, а он внезапно каким-то образом очутился на сцене и в самом разгаре представления. Не зная ни пьесы, ни собственной роли.

* * *Спина никак не отпускала. Уже поздно вечером, проводив всех гостей и уложив спать Никиту, Оля осторожно ворочалась в кровати, пытаясь найти удобное положение, которое все никак не желало находиться.

И еще не шла из головы встреча папы и Дениса — неожиданная для всех. Хотя, в общем-то, закономерная. Рано или поздно такое должно было произойти. Эта мысль ей впервые пришла в голову сейчас, и Оля открыла глаза.

Почему же не приходила раньше? А раньше… раньше все было просто: легкие, ни к чему не обязывающие отношения по пятницам. Без допуска друг друга на личную территорию. Все предельно ясно. Было еще месяц назад.