(Не)строго бизнес

За нас с Марком и Машей можешь не переживать. Мы в Москве не потеряемся.

– Черт, я совсем безумная, да? Но я уже пишу свои паспортные данные, – находясь на кураже, я действительно ввожу их на сайте покупки билетов. – Надеюсь, я делаю правильно. В конце концов, он тот ещё одиночка. Как можно оставаться одному в свой день рождения? Это все-таки самый важный день в году.

– О да. Это я тебе как астролог говорила много раз. Свой день рождения нужно всегда отмечать и отдать дань звездам.

– Я так по нему соскучилась… – закрываю лицо ладонями, пытаясь собраться с мыслями и взвесить все «за» и «против» прежде, чем брать билет.

– Последний вопрос: я надеюсь, ты предохраняешься? – предостерегающим тоном спрашивает Вика, когда мы слышим, что Маша в соседней комнате начала хныкать и явно проснулась от боли в деснах или кошмара.

– Ну, разумеется, – с легкой издевкой быстро заверяю её я, ловлю себя на мысли, что не стоит забывать о таблетках и пить их вовремя.

– Адриан, ты же не забыл, что полчаса назад у тебя назначена встреча с миссис Уэбстер и ее менеджерами? – раздаётся в наушнике взволнованный голос секретарши, как раз в тот момент, когда я въезжаю в закрытый поселок на противоположном конце города от ресторана, в котором запланированы переговоры.

Место бронировала приглашающая сторона. Миссис Уэбстер решила поностальгировать и заодно напомнить о том, с чего начиналась моя кристальная карьера, выбрав ресторан, где мы с ней познакомились. Тогда я еще был нищим двадцатилетним барменом, сбежавшим из Окленда и пытающимся строить свою жизнь с нуля, а успешная Джен Прайс уже вращалась в кругах большого бизнеса. Но не финансовое положение выделяло Дженнифер из толпы, и даже не сексапильная внешность и безупречный стиль. Стоило ей войти в помещение, все остальные женщины терялись на ее фоне. Ресторан, бар, ночной клуб или офис – в любом месте и в любом стиле одежды мисс Прайс оказывалась в центре внимания толпы, пускающих слюни обожателей. Она обладала особым влиянием на мужчин любого возраста, и я не стал исключением. В своем городе я таких женщин, как она не видел. Да и некогда было смотреть. Сразу после освобождения я свалил из Окленда, имея при себе один рюкзак с вещами, пару тысяч долларов и новые документы, на которые ушла вся моя компенсация за три года заключения, выплаченная после оправдательного приговора.

– Наши представители уже на месте, ждут только тебя, – не дождавшись ответа, нервно добавляет Крис. Я вздыхаю с наигранным сожалением.

– Тина, у меня форс-мажор, – уклончиво говорю я.

– Что? Опять? Боже, скажи, что ты просто застрял в пробке и опоздаешь, – взмолилась секретарша. Ее паника вполне объяснима.