Бедовый 7. Битва за Изнанку

– Вы принесли Осколок? – спросил он.

– Да, – вытащил означенный предмет из сапога Анфалар. – Вот.

Подскочивший тут же молоденький чур бережно принял Осколок и мгновенно очутился возле главы. Любослав не стал брать предмет силы. Он лишь бережно погладил его, словно ребенка.

– Совсем тонкий. Но это ничего, ничего. Монетами или артефактами? – спросил он у Анфалара.

– Монетами, – ответил Безумец.

– Хорошо, сейчас Огнеслав принесет деньги.

И тут я понял, что пришла пора действовать. Чур-прислужник исчез с Осколком, а глава замолчал, продолжая смотреть на нас. Что-то мне подсказывает, если спросить его напрямую об Осколках, то черта лысого он мне расскажет. Значит, можно попробовать схитрить.

– Любослав, сколько работающих проходов в радиусе километра? – спросил я.

– Четыре прохода.

– А мы с Анфаларом можем воспользоваться одним из них одновременно? – задал я следующий вопрос, когда Любослав еще заканчивал отвечать на предыдущий.

– Если никто из рубежников не против, они могут переходить вместе.

Я продолжал частить. Со стороны это казалось, будто жадный до знаний юноша дорвался до мудрого старца.

– А сколько всего переходов в Петербурге?

– Сейчас работает шестнадцать переходов.

– Зачем вы скупаете Осколки?

– Чтобы восстановить Ось…

Глава чуров не сразу понял, что успел проболтаться. Уловка старая как мир. Сначала ты быстро спрашиваешь всякую чушь, а вот потом уже задаешь самый важный вопрос. Типа: «Кто убил Кеннеди?», «Существует ли Дед Мороз?» или «Изменяла ли ты с соседом?».

И кстати, я давно заметил, если ты считаешь себя мудрым чуваком, который как минимум умнее всех остальных, то легче попадаешься на всякие дурацкие трюки.

Вот только порадоваться своей удаче и гибкости ума я не успел. Потому что глава с небывалой прытью бросился к нам, схватил за грудки и…

Нет, то, что мы переместились, я догадался сразу. Вот только непонятно, куда именно. По флоре место напоминало Скуггу. Что-то серое, невзрачное, рассыпающееся под ногами. Даже сразу не скажешь, что это – песок или пепел?

Что до земли, если ее можно было так назвать, то она дрожала. Словно под ней извергались тысячи вулканов. А еще воздух.

Я даже не сразу сообразил, как это объяснить. Сначала меня окутало могильным холодом, а в следующую секунду обожгло пустынным зноем. Причиной тому был ветер, который постоянно менялся."

"И небо. Я никогда не видел такого странного неба. Словно в плотную пелену облаков выстрелили шрапнелью и проделали тысячу крохотных прорех. И из них бил такой яркий свет, какого я не видел. Это даже был не свет, чистая энергия!

Анфалар схватился за лицо и упал на колени. Я держался, но и у меня потекли из глаз слезы. Не потому, что мне тоже было очень больно здесь находиться. Я чувствовал его мучения.