Битая грань

Тетка кивнула, видно понимала все, несмотря на то, что просто физически ощущалось, как ее коробит и корежит от необходимости ему подчиняться. Потянулась к своему телефону.

— Не сейчас… — произнес с паузой, глянул так, чтоб и сомнения не возникло — ее не считает достаточно значимой, чтобы хоть до оскорблений опуститься. Ничто она, пустое место. — Через два часа. Позвонишь раньше и испортишь ей отдых — пеняй на себя, — отвернулся, передал через приоткрытое окно папку с бумагами Кириллу.

Санек сегодня отвез Катю в СПА-центр буквально в приказном порядке. Лично оттарабанил котену, чтоб отговорки не придумывала и не стеснялась, что он на нее время и деньги потратить хочет и готов, что «носится» с ней. Не ждала, как оказалось, такого внимания, даже свою «сделку» предлагая. Девочка его смешная…

Малышке капитально была нужна перезагрузка и он ей это обеспечит. Тут Санек дебатов не позволил.

Вновь напоследок смерил взглядом бабу, пышущую гневом, унижением и страхом. Тетка молчала, несмотря на весь свой гонор, не решаясь и пикнуть против него. Ольшевский умел находить интересные варианты, чтобы получить желаемое, и было очевидно, что начальство прижало эту стерву к ногтю конкретно, не желая идти на конфликт с ним и Горбатенко. Наконец-то. Попробовала того, чем всех подчиненных кошмарила. Санек ее точно не жалел.

— Я рядом буду. И если услышу, что ты ей хоть слово криво скажешь или не тем тоном… — предупреждение повисло в холодном пространстве между ними.

Продолжать нужды не было. Тетка и так судорожно сжалась, одарив его очередным перепуганным и злобным взглядом. Но кивнула, поглубже кутаясь в дорогое пальто.

— Свободна, — брезгливо вздохнул Ольшевский, отвернувшись, будто перед ним никого не было.

Дел еще море, он Катюшу сам забрать домой хотел, а не Кирилла посылать, так что надо бы поднажать, чтобы все успеть. Тратить на это ничтожество драгоценный ресурс более необходимого — расточительство. Лучше малышку свою побалует.

Блин! Реально какое-то намаханное желание все ей компенсировать, что вчера узнал, и о чем Катерина еще и промолчала, наверняка же! И хоть понимал логической частью мозгов, что нереально: следы и память в душе останутся, как тот греба**ый шрам на ее шее, чтобы Санек не делал, а не мог остановиться! Хотелось завалить ее радостью, счастьем… Детское какое-то стремление, полное давно отжитого юношеского максимализма! Но, елки-палки! Вообще бороться не было желания!

Разве котена его не заслужила? Да и он у жизни право кайфовать и баловать ту, что так крепко в нутро засела, точно заработал!

— Поехали, — сев в машину, велел Кириллу. — Еще два часа, и будешь свободен, — порадовал своего помощника нечастым «коротким» рабочим днем даже в воскресенье, по ходу вытянув смартфон.