Битая грань

А венчание прошло как-то тихо-тихо… Настолько душевно и только для них двоих. Каким-то хрупким и очень символичным ей это событие показалось. И люди были те же, что и на регистрации, Марию Горбатенко и Леонида вновь в свидетели взяли, только детей в этот раз решили дома оставить. Но сама атмосфера располагала, видимо, все немного иначе, как-то камерно и тепло, несмотря на то, что в церкви было еще прохладно, и она слегка продрогла даже в шерстяном платье. Но это мерцание свечей, высокий сводчатый потолок, удивительно светлый благодаря окнам под самыми балками, тихое пение хора… настолько ее тронуло, что Катя безмолвно плакала, моргая и отчаянно стараясь, чтобы эти слезы на свечу не капали, не затушили. Но от счастья. Улыбнулась, когда Саша заметил и настороженно глянул, прямо таки без слов требуя пояснений.

«Люблю», одними губами отозвалась Катя, кажется, успокоив мужа. И Ольшевский в ответ улыбнулся, удовлетворившись. В ответ в его глазах такое же горячее чувство увидела.

А праздновали это уже у них в доме, тоже как-то очень искренне и тихо, спокойно, словно прониклись в церкви этой благостной и мирной атмосферой, пропитались ладаном… Засиделись до ночи, просто разговаривая и обсуждая все на свете. Леня с Ксенией первыми уехали, ей уже тяжело было выдерживать, учитывая срок. А вот Горбатенко задержались, было о чем поговорить и Олегу с Сашей, да и Кате с Марией общих тем хватало.

Ну что еще для счастья надо? И все же было то, что продолжало душу теребить, добавляя горчинку в эту сказку… Лечение особо не приносило результатов, и врач не была довольна незначительным прогрессом, которого добились за эти месяцы…

С Машей, кстати, она очень тесно общалась теперь, помогая с тем самым приютом. Подружились, уж очень много общих тем, да и мужья дружили давно и крепко. Им легко было разговаривать. Маша — искренняя и деликатная, удивительно человечная — невероятно располагала к себе. Так что Катя сама не заметила, как очень многим из своей жизни с подругой поделилась. Рассказала и про выкидыш, про который так или иначе Маша что-то могла сама предположить, они же Саше тогда врача советовали.

— Тогда не сердись, но я тебя еще чаще по приюту дергать буду, — ободряюще сжав ее руку, вдруг серьезно сказала Маша. — У Полины Сергеевны свои методы лечения, я врачам верю. Но, говорят, есть и другие способы на такое повлиять, — явно стараясь поддержать, пояснила свою мысль подруга.

Катя не спорила и не отказывалась. Даже рада была и бесконечно благодарна за поддержку. А уж учитывая не особо результативное лечение, и за такие возможности готова была хвататься.

— Все! Мне надоело, котена.

Катя удивленно подняла голову от сметы, которую ей прислали подрядчики, нанятые, чтобы сделать в приюте ремонт.