Бить нужно смело

Для Керима это было судом чести, для Аслана – две жизни. Самые дорогие жизни на этой земле.

Аслан выкрикнул упрёк, отец Влады только усмехнулся. Мальчишка сделал выпад и получил унизительный удар по шее. Его не будут убивать – догадалась Влада. Отец только преподаст урок, растопчет достоинство. В мужских руках не было оружия, что само по себе стало насмешкой. И вот эти двое схлестнулись в неравной схватке. Они дрались, но даже весь юношеский пыл не мог преодолеть грубый мужской напор и опыт. Всё закончилось быстро. Аслан взвыл в унизительном проигрыше. Он застыл с вывернутыми вверх руками и преклонённой к ногам врага головой. Смерть стала бы для него спасением, но Керим не был настолько добр, и потому просто ушёл.

Владу развязали и вывели под руки, не позволяя броситься к парню и добить его. Керим посчитал достаточной информацию о том, где следует искать младшую дочь. Эти слова из Аслана вырезали ножом.

– Если правильно спрашивать, даже немой научится говорить, – холодно усмехнулся Владе отец.

А потом наступило самое страшное время в её жизни. Потому что Эльмиру не нашли. Ошибкой было отправить за ней людей отца. Влада в те самые первые дни чаще валялась без сознания, и её мнения попросту не спросили. Не добившись правды, эти псы вырезали всю деревню. Где девочка – не мог сказать никто. Отец ходил темнее тучи, Влада бесновалась в отчаянии и рвалась разобраться. Казалось, ей повезло больше: удалось найти сестру Аслана, которая сопровождала маленькую Эль. Но так только казалось… Из дома женщины Влада вышла с отрешённым взглядом и демонстративно обтёрла лезвие кинжала о светлую штанину.

Девочку искали в горах ещё семь дней. «Она безумна» – шептались в деревне, когда Владу привезли. Привезли силой. В её руках была зажата ленточка, что она когда-то вплела в косу сестры. А дальше потянулись бесчисленные дни, которые потерялись в беспамятстве.

Чупа лениво лизнул ладони, и Влада устало улыбнулась, нехотя встала на ноги.

– Не самое удачное место, чтобы придаваться воспоминаниям, верно, – подмигнула она псу, невольно оглядываясь по сторонам.

Безлюдная лесополоса не так часто входила в её маршрут, но лохматое и зубастое чудовище рядом требовало простора и свободы. А Влада и сама слишком остро испытывала эту потребность, потому не видела ни единого повода отказать.

В будто нехотя светлеющем небе уже планировали, перелетая с ветки на ветку, грачи. Чёрные, как сама ночь, они нередко подглядывали на Владу блестящими бусинами глаз. Пожалуй, она единственная подкармливала их орехами и таким вредным белым хлебом. А вот сегодня забыла, и в маленьких круглых стекляшках словно читалось осуждение.