Бить нужно смело

Удержаться от соблазна было непросто, но форсировать события Влада хотела ещё меньше, а потому до отвращения послушно следовала бесконечным «нельзя». Предстояло хорошенько обдумать варианты, пути к отступлению. Всё же свадьба – очень ответственный шаг. А выйти из дома, в котором пять сотен гостей и охрана – тот ещё квест.

Однажды для поддержания легенды о послушании даже пришлось встретиться с женихом. В тот вечер её никто не просил быть милой, да она и не пыталась. Но глаза «козла» загорались всякий раз, как юная невеста жаждала вспыхнуть или возмутиться. «Он любил воспитывать» – догадалась Влада и присмирела. Доставлять кому-то удовольствие – не в её правилах. Тем не менее козёл с удовольствием приценивался к ладненькой фигурке, к завидной хрупкости и субтильности. Он даже не догадывался, сколько силы замешано в тонких руках, в упругих бёдрах, сколько воли скрывает этот горделиво вздёрнутый подбородок. Козёл сходил с ума от желания обладать и жаждал подчинить эту экзотическую среди «своих» красоту.

Сынок козла зачем-то тоже явился. Совсем скоро Влада поняла, что он приценивался, намереваясь «доносить» папочкино увлечение, когда «оно» будет окончательно размазано по хозяйскому мраморному полу.

Козёл с нескрываемым предвкушением наглаживал резные подлокотники кресла, его сынок нервно одёргивал пряжку ремня, и только Влада умиротворённо улыбалась. Этих двоих она успела мысленно похоронить. Неинтересно.

Всё изменилось ещё через неделю. Обстановка в доме накалилась до предела. Отец, взвинченный и злой, ревел как медведь. Он всех проклинал и плевался ядом. И без того суровое лицо потемнело, морщина между бровей налилась тяжестью. В воздухе витало напряжение, в мыслях – желание убивать. Влада среагировала далеко не сразу, но время шло, а атмосфера в доме только нагнеталась.

Единственным, кто мог более или менее достоверно объяснить происходящее, по-прежнему оставался Иса. Только он без конца отвешивал Владе приветливые и до невозможного насмешливые взгляды. Мужчину забавляла эта жизнь, её глупая суета. Казалось, ничто в грешном мире его не трогало, и только случайно подсмотренное предвкушение на обычно суровом лице никак не вписывалось в привычный образ. Иса любил убивать. Он делал это с особым, извращённым удовольствием. «Убийство – это таинство, убийство – это искусство» – однажды пояснил он. В тот самый момент, когда Влада не захотела делать вид, будто снова ничего не поняла. Так вот сейчас Иса был совершенно расслаблен и умиротворён. Будто знал больше остальных.

– Что-то происходит, – с самым независимым видом проговорила Влада. – Уверена: ты даже знаешь, что.

Иса посматривал на неё с ленивым любопытством и молчал.