Бисцион-3

Но веревка точно валялась на полу возле двери, он сам лично кинул ее туда. Стефано обернулся, чтобы посмотреть на то место, но там было пусто.

— Ну что тут?— В дом зашел Маурицио и его лицо от отвращения исказилось.

— Ее задушили моей веревкой,— Стефано посмотрел в глаза другу,— знаешь, о чем это говорит?

Тот мотнул головой, ожидая ответ. И герцог его дал:

— Тот, кто шел сюда, не думал убивать Изабеллу.

И все же, Маурицио не мог понять, кому еще перешла дорогу Изабелла. Весь путь обратно до замка, он рассуждал сам с собой, буквально на пальцах считая, кому была выгодна смерть Изабеллы.

— Надо думать шире,— разозлился герцог, нервы которого были на пределе,— это мог быть кто угодно! Даже ее подданный. А возможно, человек, который был тем самым соучастником похищения миланской герцогини, и являлся шантажистом. Но убийца точно ее знал,— Стефано задумался,— ведь она сидела на стуле, если верить словам Доменико. А если она сидела спиной к убийце, то значит, она ему доверяла.

Наступила тишина. Лошади неспешно шли к замку, а в головах всадников был лишь один вопрос: кто убил Изабеллу?

— Ей ведь накинули веревку сзади, она не ожидала этого, но сделать уже ничего не смогла,— сделал вывод герцог, даже не представляя кому понадобилась эта смерть,— следили вовсе не за мной, а за ней, раз она знала убийцу.

Легче становилось лишь от того, что вины Стефано в ее смерти нет, это даже не он привел за собой убийцу.

— Этим человеком не может быть наш доблестный Франческо Сфорца?— Спросил Маурицио уже буквально у ворот замка.

— Не думаю, что ему выгодна эта смерть. Сфорца там, где много денег. А тут все произошло безвозмездно.

Как только всадники спешились, герцог дал понять Маурицио, что теперь стоит подумать о более важных делах, таких, как военный союз с Генуей. Нужен был хороший флот, который отобьёт флорентийцев с воды. А если те победят Лукку, то однозначно пойдут с войной на Геную, а там близко Ломбардия.

— Я могу отвести ваше письмо в Геную,— ответил Маурицио,— смысла ехать вам лично я не вижу.

И он был прав, сейчас как никогда хотелось быть в замке и завершить еще одно дело- смерть наследника, которая подарит жизнь герцогине. Стефано уже устал от всех проблем, которые обрушились на него и его земли. Еще мелькала мысль о том, что дож Венеции от безудержного горя, объявит войну Миланскому герцогству. Страшнее не придумать, чем отбивать врагов со всех сторон.

Но все плохие мысли покинули его, как только он переступил порог своих покоев и увидел Диану, лежащую в его кровати. Она повиновалась наставлениям доктора Москатти, выполняла его требования, потому что боялась потерять ребенка.