Колечко с бирюзой

— Боже, Наташенька, ты сейчас совсем зеленая, — сказала Клара неожиданно басом, покачала осуждающе головой и увлекла Наташу за собой на кухню.

После обеда Наташа прошла в комнату, которую они делили с Софьей. Переоделась в ситцевый халатик, подошла к зеркалу. Увиденное не обрадовало: глубокие тени под глазами, горькая складка у губ, совсем исчез румянец, и глаза глядят тускло, равнодушно."

"Петр почему-то молчит, не отвечает на ее письма. Два раза она пыталась вызвать его на переговоры, но муж на них почему-то не явился. Послала телеграмму, пришел ответ: «Адресат выбыл».

Сонька ее успокаивала:

— Он же военный человек, приказали и отправили в командировку, куда Макар телят не гонял, или на учения какие…

— Не тот он человек, Соня, чтобы не отвечать на письма, и не позвонил ни разу, хотя сам меня уговаривал писать каждые три дня.

— Хорошо, давай подождем еще неделю, а потом сделаем запрос в его часть, ты согласна?

— Согласна!

Но неделю Наташа не выдержала и через два дня после разговора с подругой позвонила во Владивосток. Разбуженная среди ночи Нина Ивановна выслушала ее сбивчивый рассказ, потом недовольно проворчала в телефонную трубку:

— Что ж раньше-то не позвонила? Не беспокойся, завтра же вечером съезжу в Полтавское, разузнаю, что к чему! Не мог же твой Петр бесследно исчезнуть!

Наташа взглянула на часы. Сейчас в Приморье полночь. Надо ждать еще не менее семи часов, чтобы во Владивостоке наступило утро, и не опоздать, застать Нину Ивановну дома перед уходом на работу…

— Таточка, яблоко хочешь? — В дверь просунулась высохшая, как куриная лапка, рука. Тетя Клара заглянула в комнату. — Мы на ужин непременно морковный салат сделаем, скушаете его с Софочкой, и, дай Бог, щечки у наших девочек опять порозовеют.

У Соньки с румяными щечками, очевидно, проблем не будет, вздохнула про себя Наташа, а что делать ей? Сегодня она окончательно убедилась в том, что подозревала уже больше месяца. Она ждала ребенка, и если судить по срокам, то появиться на свет он должен где-то в начале мая…

Она сжала пальцами виски. Господи, как ей хотелось, чтобы он был от Петра. А если от Игоря? Наташа стиснула зубы и тихо застонала. За какие великие грехи она наказана вечным мучением постоянно во сне и наяву видеть серые глаза, испуганно шарахаться от мужчин, даже отдаленно похожих на него фигурой, цветом волос, разворотом плеч или походкой? Когда же исчезнет из памяти воспоминание об их первой и последней шальной ночи?

Наташа с досадой стукнула кулаком по подушке и уткнулась в нее головой.