Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

Меня аж затошнило от такой возможности, впервые с тех пор, как в пять лет я за вечер сожрала кучу сладостей, которые насобирала в Хэллоуин. Перед мысленным взором замелькали кадры из разных фантастических фильмов, память услужливо подбрасывала мне всё новые варианты отвратительных существ, в которые я, потенциально, могла бы превратиться.

Может, и Гейбу такое в голову приходит? Может, и у него такие мысли вызывают тошноту и отвращение? И поэтому, хотя его тело хочет меня, мозг ставит блок, выдумывая всевозможные оправдания для того, чтобы удерживать его от пересечения последней черты перед полным сближением?

Я ещё долго лежала, прокручивая в голове эти мысли, пока, совершенно не обессилев от беззвучных рыданий, не уснула.

Когда я проснулась, дело уже, судя по положению солнца, шло к обеду. Учитывая, как поздно я уснула – это было объяснимо. Но бурчащий желудок напомнил мне, что ужинала-то я в нормальное время, так что подкрепиться не помешало бы, причём – срочно.

Вставая с постели, я заметила боковым зрением какое-то белое пятно, которого в том месте быть не должно было. Это оказался свёрнутый листок бумаги, подсунутый под дверь. Записка? Интересно, кому понадобилось писать мне записку, и тем более – подсовывать её под дверь. Моя спальня была не заперта, к тому же я как-то не заметила у обитателей этого дома особого стеснения, если нужно было зайти в мою спальню. Тогда почему бы не положить записку на столик возле кровати?

Все эти мысли быстро пронеслись у меня в голове, пока я поднимала и разворачивала записку. Какое-то недоброе предчувствие заставляло сжиматься моё сердце. Ничего хорошего я от этой записки не ждала, но реальность превзошла все мои ожидания.

«Если хочешь увидеть свою шавку живой, приходи ровно в полдень к поваленному дереву, туда, где ты впервые встретила оборотней. У нас осталось незаконченное дельце, и мы должны решить его без свидетелей. Если не придёшь или кому-то расскажешь об этом – твоя дворняжка будет мертва».

– Лаки не дворняжка, – обиженно пробормотала я. – Он – овчарка!

Записка не была подписана, но мне это и не было нужно. Даже не знай я единственное ненавидящее меня существо, запах Линды просто шибал в нос. Я просканировала дом. Судя по всему, кроме меня здесь был только Кристиан – смотрел на первом этаже что-то спортивное по телевизору. Ни Гейба, ни Томаса не было.

Томас! Меня окатила волна ужаса. В своё время Линда и его назвала щенком. Что если?.. Нет, это невозможно, причинить вред ребёнку она не посмеет. Даже если Линда сошла с ума от злости, всё равно она должна понимать, что мальчика Гейб ей не простит никогда. Утешая себя этими рассуждениями, я быстро заглянула в комнату Томаса, потом прошлась по коридору.