Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

– И ещё, – обратился Гейб уже конкретно к нему. – Пожалуйста, не забудь снова свой телефон. Чтобы не вышло, как сегодня днём.

– А как вышло сегодня днём? – поинтересовалась я.

– Я забыл мобильник дома, и мне пришлось бежать к Джеффри и от него звонить Гейбу. Я не знал точно, есть ли кто-нибудь в соседних домах, и не хотел терять время на проверку. А если бы позвонил сразу – Гейб успел бы раньше, до того, как Линда тебя приложила.

– Я отвлеклась на крик Джеффри. А вообще-то я достаточно ловко уклонялась от неё. А вот тот удар пропустила. Сама виновата. Хорошо ещё, что Линда не обратилась. Тогда бы мне точно была бы хана.

– Надеюсь, наказание послужит ей хорошим уроком, – покачал головой Гейб. – Но если нет, если она снова попробует досаждать тебе, то будет изгнана. Это моя Долина, моя собственность, и я имею право выгнать любого. И она это знает. Возможно, потому и сдерживалась.

– Не думаю, что она снова полезет к Рэнди, – Томас встал. – Ладно, я за змеями. Буду через минуту.

И он резво ускакал из кухни. Мы тоже вышли, и остановились возле входной двери, поджидая его.

– Когда я примчался и увидел тебя под теми досками, я чуть с ума не сошёл, – прошептал Гейб. Его рука легла на мою щёку. – И потом, когда вытащил, всю окровавленную… Никогда в жизни я ещё так не пугался.

– Я в порядке, – так же шёпотом ответила я, заворожённо глядя ему в глаза.

Ещё какое-то время мы молча стояли, глядя друг на друга, а потом Гейб стал медленно наклоняться. Мне показалось, что сейчас он снова чмокнет меня в лоб, или в нос, как делал прежде, но его лицо опускалось всё ниже, и в какой-то момент я поняла, что сейчас произойдёт.

Когда его губы осторожно коснулись моих, я закрыла глаза, разрывая наш зрительный контакт, и сосредоточилась на ощущениях. Губы Гейба были невероятно нежными, они едва касались моих губ, потом стали чуть смелее, прижались крепче. Его вторая рука легла на мой затылок, а мои пальцы непроизвольно вцепились в его рубашку, стараясь притянуть его поближе и не отпускать.

Губы Гейба стали ещё смелей, потом в дело вступил и кончик языка, деликатно скользящий по моим губам. Я слегка приоткрыла рот и, подражая ему, тоже провела кончиком языка по его губе. Гейб застонал, и рукой, прежде гладившей мою щёку, прижал меня за талию к себе ещё крепче.

– Я отдам тебе оранжевый, он у меня самый лучший! – раздался голос Томаса, и топот его ног по лестнице.

Гейб буквально отпрыгнул от меня. Распахнув в недоумении глаза, я увидела, что он запустил обе руки себе в волосы, а точнее – вцепился в них, и с ужасом смотрит на меня, бормоча:

– Господи, что я делаю?! Прости меня, девочка, прости, ради бога…

После чего он развернулся, и, промчавшись по лестнице мимо Томаса, буквально исчез наверху.