Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

Генерировать молнии никто из нас точно не умеет.

– Хорошо, что её молнии безвредные. А то бы могла случайно пожар устроить, или током кого-нибудь шибануть.

– Как Тедди, да? Я заметил, что ты испытываешь к этому малышу нечто большее, чем просто жалость.

– Мы похожи. Оба стали не нужны своим родителям, когда выяснилось, что мы – другие. Я словно в зеркало сегодня посмотрелась.

– Ты хотела бы оставить его себе, верно?

– Верно. Но я понимаю, что в семье Дженни ему будет лучше. Там он будет среди своих. Он не точно такой же, как они, отличия есть, но, по сути, они ближе всего к нему, чем кто бы то ни было другой. И опять же, они смогут научить его контролировать свой дар, а я нет. А значит, я не смогу дать ему нормальную жизнь. Я это понимаю.

– Конечно, если бы этот человек не предложил взять Тедди, то мы бы забрали его с собой. Потому что больше вариантов не было. Но всё сложилось идеально. Для малыша так действительно будет лучше.

– Я понимаю, – вздохнула я.

– Но тебе всё равно печально? – Гейб ласково погладил меня по голове.

– Угу, – я уткнулась лбом в его грудь, точнее – в бронежилет. Какой же он чуткий, понимающий!

– Я попрошу папу Дженнифер иногда присылать нам по «электронке» его фотографии. И рассказывать о его успехах. Я думаю, он не откажет.

– Спасибо! – улыбнулась я. – Думаю, мне действительно станет легче, если я смогу знать, что и у Тедди всё хорошо.

Я не просто так употребила союз «И». Этим я как бы объединила наши с Тедди судьбы – отвергнутые близкими, мы оба, в итоге, обрели новые семьи. И Гейб явно это понял. Он ласково поцеловал меня в лоб, а потом аккуратно отстранил меня и вновь заглянул за ширму. Я заметила, что пакет с плазмой практически пуст.

– Пора, – кивнул Гейб и, повернувшись к двери, слегка повысил голос. – Пирс, ты говорил, что у тебя там медсестра и повариха? Давай сюда обеих.

Через какое-то время Пирс ввёл в лабораторию двух женщин. Одна – стройная, довольно высокая брюнетка лет тридцати-сорока, с чёрным каре. Вторая лет на десять старше, невысокая, полноватая, в тёмно-русых, убранных назад волосах, проглядывала седина. Она выглядела такой стереотипной поварихой, что я даже удивилась, когда Гейб спросил, кто из них медсестра. И ещё больше удивилась, когда ею оказалась более старшая женщина. В принципе, она выглядела и как медсестра тоже, только вот вторая совсем внешне на повара не тянула. Ох уж эти стереотипы!

Кстати, обе женщины были нормально одеты, в отличие от мужчин, многие из которых были в пижамах или даже в одних трусах. Видимо, оборотни оказались джентльменами и позволили женщинам одеться, перед тем, как отвести их в камеру.

Гейб предложил поварихе пока подождать, а Пирс тут же пододвинул ей стул, не дав сесть на другой, стоящий ближе, но уже несколько… подмоченный.