Билеты в один конец

Я поднимаю голову, и в глаза снова бросаются его ужасные татуировки. Как можно было забить свое тело этими страшными рисунками? Внешне ведь такой симпатичный… Даже чуть-чуть в моем вкусе.

– Вот так еще сделай. – Вскидываю руки и щелкаю пальцами. – Тогда точно прекращу.

Грубить не хочется, но этот разрисованный тип начинает нервировать. Ему, может, скучно, и он скрашивает дорогу, подкатывая к плачущей бедняжке, а мне бы просто выплакаться. Без посторонних глаз. И ничего в этом постыдного нет. Сейчас я уязвима. Самооценка… она просто валяется где-то на земле, а по ней на огромной скорости мчится поезд.

Алексей наливает в одноразовый стаканчик вино и протягивает мне:

– Много не пей. По глоточку.

Сначала собираюсь отказаться. Пить в купе с незнакомым мужчиной, тату которого навевают определенные ассоциации, – сомнительная идея. Но потом одергиваю себя. Приставания попутчика – это не самое страшное, что может мне грозить. После возвращения предстоит найти жилье и работу, возможно – отбиваться от нападок мужа и давления его матери. А это в разы неприятнее. Уже сейчас знаю, что Елена Николаевна скажет: «Таня, да закрой ты глаза на измену, ничего страшного не произошло. Все гуляют! Надо терпеть, воспитывать дочь, ты замужняя женщина»."

"А как? Как закрыть глаза, когда у меня отвращение к мужу? Даже не верится, что так бывает. Еще утром любила, а теперь ненавижу и тошнит от него. Особенно когда представляю, как Толя с какой-то девицей… Противно!

Делаю глоток вина, потом еще. Алексей предлагает долить, но я качаю головой:

– Больше не буду.

– А что так? Боишься, что воспользуюсь ситуацией?

Его прямолинейность раздражает. Вот! Со своими разговорами он будто в душу хочет залезть, а у самого взгляд то и дело тонет в вырезе моей кофточки.

– Если не прекратишь пялиться на мою грудь, то добавятся наколки на глазных яблоках.

– Это как? – улыбается Алексей.

– У меня с собой иголки есть.

– Да ты маньячка? – Он продолжает лыбиться и тоже делает несколько глотков вина.

Из моего же стаканчика!

– Я… я не знаю, кто я.

– Так не бывает.

– Все в жизни бывает!

Наспех скидав в сумку первые попавшиеся вещи, я приехала на вокзал и в ожидании поезда несколько часов сидела в кресле. Много всего успела передумать, а поплакать – нет. На людях было как-то неудобно. Потом поняла: никому нет дела. И этому уголовнику тоже. Я для него просто небольшое развлечение в дороге. Как и он для меня. Может, вывалить на него все-все-все, чтобы сам побежал просить проводницу найти ему новое место? А что? Не такое уж плохое решение.

– Например? – спрашивает Алексей и, сам того не ведая, подписывает себе приговор.

– Например… – вздыхаю, не разрывая с ним зрительного контакта. – Я выходила замуж с мыслью, что это раз и навсегда.