Бьянка, благочестивая невеста

Новому султану выпала огромная удача править без помех и постороннего вмешательства, поскольку иных претендентов на трон, кроме него самого и его сыновей, в государстве не осталось.

А тем временем во Флоренции, в доме торговца шелком Джованни Пьетро д’Анджело, синьора Орианна горько сожалела, что в свое время так и не смогла принять любовь старшей дочери к внуку турецкого султана. Ей очень не хватало былой теплой дружбы с Бьянкой. Хотя Марко сумел разыскать сестру, а вернувшись домой, рассказал, что она счастлива со своим мусульманином, утешения материнская душа больше не знала.

А Бьянке так и не довелось узнать, что от ненавистного замужества ее освободила мама: жажда мести объединила Орианну с аптекарем, чья невинная племянница погибла в доме Себастиано Ровере. Аптекарь приготовил смертельный яд, а синьора Пьетро д’Анджело собственными руками вонзила отравленный кинжал в грудь смертельного врага и освободила дочь от жестокого тирана.

Вернувшись во Флоренцию, она первым делом отправилась в церковь Санта-Анна Дольче и покаялась падре Бонамико в совершенном убийстве. Услышав признание, священник на время лишился речи, однако Орианна уверенно заявила, что ради благополучия семьи не остановится даже перед опасностью запятнать свою бессмертную душу. Связанный тайной исповеди, святой отец не мог выдать ее властям. Таким образом Орианне удалось переложить чувство вины, и без того не слишком изнуряющее, на плечи старого падре.

Отец Бонамико никак не мог решить, какую епитимью назначить грешнице. Дело в том, что он не только понимал побудительный мотив преступления, но и тайно ему сочувствовал. После долгих размышлений он присудил наказание и Орианне, и самому себе.

— Пожертвуй тысячу золотых флоринов монастырю Санта-Мария дель Фьоре, дочь моя, — повелел священник. — И отныне поступай так в этот день каждого года, вплоть до смерти. А я буду неустанно молиться за твою душу и за то, чтобы впредь тебе больше не пришлось рисковать благоволением и милостью Господа.

— А разве вы не собираетесь молиться за душу Ровере? — с плохо скрытой иронией спросила Орианна.

— Даже его сыновья ни разу не заказали мессу, — сухо ответил отец Бонамико.

На этом исповедь закончилась, и жена торговца шелком вернулась домой. Им с Джованни предстояло выдать замуж еще трех дочерей. Орианна не сомневалась, что в следующий раз проявит больше осмотрительности. С Франческой, Лючианой и Джулией она уже не повторит тех страшных ошибок, которые совершила с Бьянкой. Где бы ни оказалась старшая дочь, хотелось верить, что она счастлива. Орианна была бы рада узнать, что далеко-далеко, в тихом живописном местечке под названием Эль-Динут, Азура жила с мужем и дочкой в любви, согласии и душевном покое.