Безжалостные святые (ЛП)

Отец притягивает меня в объятия, затем шепчет:

— Ты не обязана это делать.

— Я знаю. – Я прижимаюсь щекой к его груди. – Я хочу это сделать. Для Шона. Для тебя.

Отец кивает, отстраняясь, его глаза скользят по моему лицу. Уголок его рта приподнимается.

— Киллиан будет находиться за пределами Академии. Не стесняйся звонить ему, если что-нибудь случится.

Я отступаю назад и с любовью, наполняющей мое сердце, смотрю на двух мужчин в моей жизни.

— Вы оба слишком много волнуетесь. Я могу сама о себе позаботиться.

Отец издает смешок.

— Мы должны защищать тебя, а не наоборот.

— Нет, – ухмыляюсь я им. – Вы управляете бизнесом, а я позабочусь о вашей безопасности. Конец дискуссии.

Глаза отца встречаются с моими, и они темнеют.

— Ты – кровавая принцесса клана Хемсли. Никогда не забывай этого.

— Я не забуду, отец, – обещаю я. Отворачиваясь от них, я забираюсь на заднее сиденье бронированного джипа. Мое личное огнестрельное оружие, ""Heckler and Koch"", впивается мне в поясницу, но я игнорирую легкий дискомфорт. Еще у меня к лодыжке пристегнут ""Glock"".

Прежде чем Киллиан закрывает дверь, я смотрю на своего отца и брата.

— Я люблю вас обоих всем своим сердцем.

Глаза Шона начинают краснеть от непролитых слез.

— Я тоже тебя люблю.

Губы отца приподнимаются в гордой улыбке.

— Люблю тебя, моя принцесса. Позвони мне, как только будешь в безопасности в Академии.

Я киваю, когда дверь закрывается, а затем сосредотачиваюсь на том, чтобы сделать глубокие вдохи, потому что я не могу плакать. Это было мое решение. Я научилась всему, чему можно было научиться, на моих частных уроках с Киллианом. Теперь мне нужно тренироваться с лучшими, потому что именно они придут за моей семьей.

В течение двух лет я буду жить со своими врагами. Я буду наблюдать. Я буду учиться. Я покажу им, что я представляю угрозу, и они будут бояться меня.

Ради Шона. Ради отца. Ради нашего семейного бизнеса.

Пока мы едем к частной взлетно-посадочной полосе, где меня ждет самолет, чтобы отвезти в Швейцарию, я смотрю на свои руки.

Я чувствую на себе пристальный взгляд Киллиана и, заставив себя улыбнуться, поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. Он одаривает меня кривой усмешкой, но она омрачена беспокойством, которое он испытывает из-за того, что я ухожу из дома.

— Помни, что существует шесть групп синдикатов. Хранители, состоящие из лучших защитников. Ты будешь тренироваться с ними.

Я киваю.

— Моя цель – побить рекорды Дмитрия Ветрова.

Дмитрий стал легендой во время своего пребывания в Академии Святого Монарха. Теперь он защищает лучшего ассасина в мире, Алексея Козлова, что делает их непобедимой командой. Мне нужно быть лучше их, потому что прямо сейчас у нас нет ни единого шанса, если они придут за нами. От этой мысли моя челюсть сжимается, а верхняя губа скручивается.