Безупречная Луна

– Попросите старшего брата научить вас быть милее, ваше высочество, – ласково предлагает Самия, уголки её губ постоянно дёргаются, ей с трудом удаётся сдерживать улыбку.

– Хватит меня так называть, – недовольно бубнит Рушан.

– Простите, ваше высочество, мы не расслышали, вы не могли бы повторить? – с несвойственной учтивостью просит Анис, но, не дождавшись ответа, начинает смеяться.

Шиун несдержанно фыркает, а потом смеётся вместе с Назари. Суа подпрыгивает от неожиданности и с изумлением глядит на повеселевшего брата. А следом эстафету принимают все остальные, даже Эол хмыкает.

Я едва выдавливаю улыбку, замечая надежду во взгляде Рушана. Я хочу сделать шаг к нему и просто забыть о произошедшем, но тело не двигается, я будто приросла к земле. Момент ускользает, когда брат предлагает завершить эту неприятную встречу и разойтись.

Дарен, как страж, крутится вокруг меня, пока Даян разбирается с Квинтилиями насчёт павших солдат. Они также решают собраться все вместе через две недели в Астаре и обсудить, как теперь нам выстроить мир на Континенте. Эол обещает отправить письмо Алисии с приглашением. Астара снова станет отправным пунктом, началом пути, откуда начнётся новая история потомков Первых, без секретов и недопонимания.

Напоследок я сама подхожу к Эолу и Демьяну. Лишь мимолётно бросаю взгляд на тело Клетуса, которое накрыли золотым и красным плащами.

– Я помогу тебе, – говорю я Демьяну. – Ради мира, ради вашего обещания впредь не нападать на нас, ради… твоей любви к брату. Я помогу тебе.

– Чем ты поможешь? – встревает Эол, но мы игнорируем его вопрос.

– Спасибо, Ойро, – с неподдельной искренностью благодарит Демьян. – Я этого не забуду.

– И расскажи брату всё сегодня же. Ты видел, что могут сотворить недомолвки. Что они сделали с нашими семьями.

– Я расскажу.

Больше мне нечего им сказать, поэтому я разворачиваюсь и вновь ухожу.

– Ойро, – зовёт Эол, но я не оборачиваюсь.

Он повторяет попытку ещё несколько раз, его голос становится всё более раздражённым, потому что я не реагирую.

– Как же твоё обещание стать друзьями или я давал его в одиночку?! – рассерженно бросает он мне в спину, а его внезапная откровенность заставляет меня притормозить. Его слова напоминают о том, что я пытаюсь всеми силами забыть.

Я не должна была рассказывать Эолу про значение Ночи как высшего проявления нашей силы. Вовсе не должна была показывать своего пса и обещать что-либо. Не помню, зачем я вообще заговорила о дружбе. И тем более не хочу помнить, что в детстве так легко ему доверилась. Родители всегда мне напоминали, что после восемнадцати лет я смогу выйти из дворца, стану открыта людям и смогу дружить с кем захочу.