Я найду тебя там, где любовь граничит с безумием

Дверь с неприятным скрипом открылась, и пришлось высоко задрать подбородок, чтобы не показать своей слабости. Под кривым ненавидящим взглядом она вошла в квартиру и прикрыла за собой дверь.

– Что молчишь? – Раздражённо уточнила девушка, не выдержав длительного осмотра.

– А ты решила, что я принесла тебе апельсинчики? – Не сдержалась и Лора, ещё раз окинула девушку продолжительным взглядом.

Загипсованные руки, широкий медицинский воротник в жёсткой оправе и перекошенное болью лицо – именно такой вид она оценивала раз за разом, и раз за разом ужасалась тому факту, что не испытывает сочувствия. Она не собиралась примерять на себя роль временно обездвиженного человека, хотя до сих пор помнила эту беспомощность. А вот сейчас стояла и понимала, что не жаль. Не больно. Не страшно. Спокойно наблюдала за тем, как Аня пытается сесть на высокий стул, как зацепилась левой рукой за сетчатую перегородку и не справляется выбраться самостоятельно. Как, выбравшись, неловко опускается, ударяясь обеими руками о подлокотники, как слезинка отчаяния скатывается по молодому, опухшему от обезболивающих препаратов лицу.

Сама при этом присаживаться не стала, прислонилась к барной стойке, устраивая на ней локоть, смотрела свысока и чуть надменно.

– Ты говорила, что знаешь меня.

– А ты меня будто не знаешь! – Прошипела Аня, но осеклась под жёстким взглядом.

– Я тебя действительно не помню.

– Надо же, сиротка. Молодец, выбрала верную позицию. Может, скажешь, не знала, что твои головорезы ко мне придут?

– Твоя профессия предполагает определённые риски, особенно если лезть туда, куда не просят. Будем считать это бесплатным уроком. А теперь ближе к делу. Кто такой Женя, откуда ты меня знаешь и, самое важное, что ты знаешь о моей семье?

– Что, действительно не помнишь или корчишь тут из себя?

– Ты думай, хорошо думай, прежде чем говорить и помни, что в теле человека много костей, которые можно сломать. Например, уронив хотя бы вот эту ступку.

Лора подтянула к себе огромную тяжёлую ступку для измельчения специй, повертела в руках пестик и одним движением смела это с барной поверхности, зацепив пару бокалов, стоящих неподалёку. Аня несколько раз моргнула, прежде чем первая слезинка скатилась по щеке.

– Ты мне угрожать будешь, да? В моём доме, да? – Нервно забормотала, не зная, что ещё сказать.

– Детка, угрожают немного иначе. Я тебе обрисовываю ситуацию и только не нужно думать, что, прожив столько лет рядом с уголовным элементом, я стала белой и пушистой. – Легкомысленно улыбнулась. – Растопчу! – Проговорила внушительно и вывернула единственный уцелевший палец в сторону, пока не услышала шипение.