Я найду тебя там, где любовь граничит с безумием

Он сказал, что… случилось то, что случилось… и я тут же чувствую потерю: во сне он от меня отвернулся, осуждение во взгляде. Ты считаешь, что это не домыслы?

– Я предлагаю высказать своё мнение.

– Я не ощущаю себя матерью, Руслан. Нет той наполненности, лёгкости, того счастья. Было и было, а чувств нет.

– По телу проходит неприятная дрожь. Боль, пустота, страх остаться одной.

– Он говорил о беременности. Это общий ребёнок?

Лора посмотрела круглыми глазами и несколько раз удивлённо моргнула.

– Я не задумывалась над этим, Руслан. – Усмехнулась мыслям и развела руками. – Веришь, нет, а другого мужчину рядом не представляла…

Отдышалась. Снова ошарашено взглянула.

– И… он просто сказал, что беременность была. На тот момент я и не подумала, что от другого, но он так всё это преподал, что, да, действительно осталось ощущение, что его рядом не было.

– Ты сказала про страх остаться одной. Имела в виду мужчину?

– Нет. – Произнесла удивлённо и замолчала, делая для себя это открытие. – Я говорила о семье.

– Ты рано осталась без родителей, возможно, именно эти воспоминания тебя задевают.

– Да… наверно… но я действительно говорила именно о семье! – Даже обрадовалась этому открытию. – И ты прав, рядом не было никого… наверно это воспоминания из детства.

Несколько раз кивнула, а потом вскинула взгляд, который очень быстро потемнел.

– Говори. – Кивнул Руслан, принял непринуждённую позу, располагающую к общению.

– Я говорила о ненависти.

– Так вот, ребёнок… он отвернулся, но не ушёл. Он будто чего-то ждал.

– Нет. Моего ответа. Я поняла это в тот момент, когда почувствовала тяжесть. Вокруг появились люди.

– Это было другое место?

– Нет. Именно эта комната. Только… они ведут себя так, словно меня нет. Меня нет и никого нет. Есть только они. Это мужчины. Они смеются, что-то пьют. Вызывают неприязнь. Запах! – Чётко выделила это слово и задышала громко и часто. – Кровь. Пот. Страх. – От напряжения её губы побелели, глаза сверкнули холодным блеском, а на щеках выступил непривычно яркий румянец. – Их страх. И моя ненависть. Именно это я чувствовала в каждом своём сне. Я понимала, что именно это чувство меня держало в напряжении всё это время. Это их хриплые голоса, их липкие руки. Их омерзительный запах. – Скривилась, чётко выдавая каждое слово, выделяя каждое яркой эмоцией, той ненавистью, которую можно было ощутить на расстоянии вытянутой руки. Прямо сейчас. В этом кабинете. – Они моя цель… Они моя боль.

– Нет. Это чужие люди. Но я иду к ним, понимая, что другого выхода нет.

Её взгляд пронзил пустоту и остановился на одной из точек пространства, так, словно сквозь Руслана смотрела. Смотрела и видела источник ненависти. И боль, о которой говорила. И решительность отражалась на лице.

– Мне тяжело.