Я найду тебя там, где любовь граничит с безумием

Стала перед кроваткой на колени, пригладила успевшие отрасти светлые волосы, улыбнулась тому, как надулись пухлые губки и не сдержалась, прижалась губами к макушке, поистине признавая, что это самый родной человечек в жизни.

– Всё ради тебя. – Прошептала.

Спрятала под одеяло маленькие кулачки, уложила Рустама на подушку ближе к центру, ещё пару минут прислушивалась к спокойному дыханию и только тогда решилась встать и вернуться в постель. У дверей обернулась и перекрестила ребёнка, как всегда ей делала бабушка, и как запрещает делать свекровь. Мысленно обратилась к Всевышнему с просьбой защищать и оберегать, и только после этого вышла. Но возвращаться в спальню не хотелось, поэтому сделала несколько шагов в сторону веранды. Сердце сорвалось и бешено забилось в груди в момент, когда у ворот заприметила незнакомый автомобиль. И нужно было спрятаться, забиться в самый дальний угол, запереться на все замки. А вместо этого она рванула на улицу, желая прогнать, ругаясь сквозь зубы, ломая ногти, когда непослушные засовы отказывались поддаваться и просто выдохлась, вырвавшись на свободу и не обнаружив там ни машины, ни её владельца. Опустилась на сырую траву, удерживаясь дрожащей рукой за громоздкую кованную ручку двери.

– Ничего нет… и не было. Показалось. Показалось и прошло. И его не было. И всё у меня хорошо. Нужно только захотеть всё исправить и я смогу. Потому что сильная. Он говорил, что сильная, а я поверила. Поэтому не вернусь. Никогда. – Тихо скулила, пытаясь убедить себя в правдивости этих слов.

А утром действительно сделала вид, что всё прошло. Даже собрала мужу завтрак, хотя прежде подобным геройством не страдала. С сыном в сад вышли пораньше, можно было пройтись.

– Мам, а мы пойдём в зоопарк?

– И ты купишь мне мороженное? – Прищурился Рустам, зная, что с аллергией шутки плохи.

– Нет, но ты можешь уговорить меня на мятные леденцы! – Ответила бодро и состроила серьёзную гримасу.

– Но если ты не хочешь…

– Лучше банановый творожок.

– А помнишь, ты делала мне пироженку?

– Нет, не помню! – Продолжала улыбаться, хотя внутренняя паника нарастала.

– А я помню… Мам, а ты от нас не уйдёшь?

– Нет, конечно, что за глупости?! – Нахмурилась и пожурила пальцем.

– Бабушка. – На выдохе пояснил Рустам и сделал страшные глаза, как делает и сама Лора, говоря о свекрови.

– Ты меньше бабушку слушай. Я всегда буду рядом. Всегда! – Повторила для надёжности, а для пущей убедительности, ещё и кивнула.

Долго Рустама не могла от себя отпустить, отправляя в группу.

– Мама, ты же вечером придёшь. – Упирался сын от очередного поцелуя в белобрысую макушку. – Я уже большой. – Проговорил шёпотом, целуя мама в щёку самостоятельно. – Ты меня вечером заберёшь?

– Папа заедет на машине.