Испорченная безумием (ЛП)

Наконец-то у тебя появилось хоть немного здравого смысла, Рори.

— Отпусти меня. Я больше никогда не хочу с тобой разговаривать. Я уезжаю в Нью-Йорк на лето, может, и дольше. Не хочу тебя видеть.

В его глазах мелькнула нотка замешательства. Невио коснулся моего подбородка своей уже опухшей рукой. Я отшатнулась, но он не отступил.

— Твое место в Лас-Вегасе, и ты это знаешь.

Он отпустил меня и отступил назад, затем вышел из комнаты. Я тяжело сглотнула, пытаясь сохранить самообладание, но потом слезы хлынули наружу, и я не смогла их сдержать."

"Мне нужно было уехать. Я бы умоляла папу на коленях, если бы пришлось, но я бы не осталась здесь.

Невио

Массимо с большим любопытством осмотрел мою руку.

— Кровоподтек указывает на травму, нанесенную при защите от какого-либо предмета, а не от конечности.

Алессио пристально посмотрел на меня.

— Ты позволил Авроре сломать тебе руку.

— Его Ulna (лат. Локтевая кость), — поправил Массимо, все еще безжалостно тыча меня в руку.

— Как бы это, черт возьми, ни называлось. Интересны не твои познания в латыни, а тот факт, что Невио позволил Авроре сломать себе кость, очень вероятно, намеренно, и я уверен, что она все еще выглядит довольно невредимой, а он, кажется, даже не сердится.

Массимо искоса взглянул мне в лицо.

— Я бы не стал мстить, если бы женщина из нашей семьи или семьи Фаби причинила мне боль по понятным причинам.

— Что именно произошло между тобой и Авророй той ночью? И что ты сказал ей сегодня, чтобы выявить ее несуществующую склонность к насилию? — спросил Алессио, прищурив глаза тем способом чтения мыслей, который у него иногда получался.

Я оскалил зубы.

— Ничего такого, что тебе нужно знать. Мы немного поспорили о деталях той ночи.

Алессио усмехнулся.

— Мы все знаем, что Аврора слишком влюблена в тебя, чтобы высказывать свое мнение.

Я вскочил на ноги.

— Отвянь от меня, черт возьми, или я обрушу часть своей ярости на тебя. Аврора — не твое дело.

— Она также и не твоя, — сказал Массимо.

Я ушёл, так как действительно был не в настроении, чтобы они меня анализировали. Их послужной список с девушками тоже был не очень впечатляющим.

Я направился вниз в поисках Нино. Он был более опытен в лечении травм, и, что еще важнее, он не так сильно действовал мне на нервы. И меньше знал об Авроре.

Конечно, Нино повторил тот же скучный монолог, что и Массимо, о моей травме.

— Три недели в гипсе, и тебе нужно дать руке отдохнуть от четырех до шести недель.

— Она заживет быстрее.

Нино окинул меня снисходительным взглядом. Никто не мог сделать это так, как он.

— Твое тело по-прежнему подчинено правилам биологии, даже если твой разум время от времени нарушает их.

Я рассмеялся. Нино по-прежнему наносил лучшие удары, и я не имел в виду его кулаки.