Испорченная безумием (ЛП)

— Как давно ты знаешь?

Быстрые женские шаги приблизились, и в дверях появилась Серафина с широко раскрытыми от шока глазами и раскрасневшимся лицом.

Я провел рукой по волосам. Мне действительно хотелось скрыть это от нее, но один взгляд на нее сказал мне, что она только что видела маленького Невио.

— Я думаю, нам всем следует поговорить с Фабиано прямо сейчас.

— Римо, — медленно произнесла Фина.

Я дотронулся до ее поясницы.

— Я знаю не больше тебя.

Когда мы вошли в общую комнату, Фабиано расхаживал взад-вперед с выражением волнения на лице. Леона сидела на диване рядом с Авророй, на коленях у последней был ребенок. Темные волосы и глаза. И типичные черты Фальконе.

— Блять, — выругался я, заставив ребенка разрыдаться.

— Значит это правда, — сказал Савио со смешком, проходя мимо меня, чтобы поближе взглянуть на ребенка Невио. Он присвистнул.

Я указал на Аврору и ребенка.

— Не потрудится ли кто-нибудь объяснить, что, черт возьми, я здесь вижу?

Фабиано остановился и с горьким смешком раскинул руки в стороны.

— Очевидно, от твоего сына забеременела девушка, которая потом бросила ребенка, и он решил, что будет хорошей идеей позволить Авроре заботиться о ребенке несколько недель.

Джемма вошла с растерянным видом.

— Что происходит?

Джулио с дьявольской улыбкой взгромоздился на спинку сиденья.

— Невио в беде!

Джемма посмотрела на ребенка и выдохнула, прежде чем подойти к Савио. Я покачал головой.

— Может быть, кому-нибудь стоит позвать Киару, чтобы она могла поучаствовать в веселье, — сказал Савио со смехом.

— Это не смешно! — я зарычал.

— Может быть, не для тебя, дедушка, — сказал Савио. Я был почти готов надрать ему задницу. Я все еще помнил времена, когда он сводил меня с ума своими выходками, но по сравнению с Невио он был святым."

"— Может быть, нам стоит позволить Авроре рассказать историю, поскольку она, похоже, единственная, кто знает подробности, — сказал Нино в своей обычной логичной манере.

Я жестом показал Авроре начинать. Она сглотнула, продолжая укачивать ребенка на своих бедрах. Слова о том, что произошло с тех пор, как мать мальчика бросила его, вырвались у нее сами собой. Она не упомянула ни о вечеринке, ни о том, были ли какие-либо другие подобные встречи между ней и Невио, но у меня было ощущение, что вечеринкой все не закончилось. Однако не это сейчас было моей главной заботой. Я был чертовски рад, что Фабиано еще не знал об этом.

— Значит, ты заботилась о Баттисте шесть недель?

— Что? — тихо спросила Серафина и подошла к дивану. Она опустилась рядом с Авророй, но Баттиста уткнулся лицом ей в грудь.

— Ты должна была кому-нибудь рассказать, — процедил я сквозь зубы.