Безродыш. Предземье

Йок! Засада! Впереди чуть более светлое, чем висящая вокруг тьма, пятно выхода загораживает массивная фигура ещё одного старшака.

— Не спеши, безродыш. Недоговорили ещё.

За спиной Саноса уже несколько новых теней. Остальные подростки поспешно спускаются с крыш сеновала с дровяником, повисая на руках и прыгая вниз. Всё-таки я не ошибся — зрители, или скорее в силу темноты слушатели, на этом представлении были. Небось, собирались разом все объявиться в миг моего позора. Ну, что же. Про такое я тоже думал, когда шёл на встречу с ублюдком."

"— Побьёшь, Вея по синякам всё поймёт, — предупредил я Саноса.

— Отбрешусь, — заржал тот. — Скажу, снова напал на меня. Пришлось остудить.

— Ну так бей. Или боишься не справиться сам? Всей толпой отмутузите?

Битым быть мне уже так и так. Не впервой, не помру. Зато есть возможность свои новые силы в драке проверить. Пару раз уж я ему точно влуплю. Жаль, что тесно здесь. Хотя, темнота мне на пользу пойдёт.

— Аааа! — неожиданно разнёсся по засыпающему посёлку женский истошный визг.

— Чего?! Где?! Кто орёт?! — завертел башкой Санос. — Кто-нибудь, заткните её!

Спустившиеся с крыши подростки сыпанули в разные стороны. Меня, походя, отпихнули с дороги. В тесном проходе началась суета. В бок ударилось твёрдое. Я, не глядя, саданул кулаком в силуэт. Пинок в спину отправил на землю, но я тут же вскочил с кувырка.

— Что случилось?!

Над нами по мосткам частокола загремели шаги.

— Шухер! Валим!

Подростки ломанулись прочь из прохода. На прижавшегося к стенке меня уже не обращают внимание. Или просто не видят. Не сдержался и с ноги вмазал последнему по мягкому месту. Бегите, бегите, уроды! А женский голос тем временем всё тянул и тянул свою однотонную песню.

— На сеновале! Давай ко входу! Я крышей!

Один из ночных стражников перепрыгнул с помоста на дровяник и затопал по доскам. Я задрал голову. На миг свет вверху закрыла широкая тень — и вот уже крыша сеновала стонет под тяжестью мужика. Земля вздрогнула. Прямо ко мне в проход сиганул сверху второй охранник. Свет факела, зажатого в лапе у дядьки резанул по глазам.

— Малой! Чего здесь?

— Подрались немного, — пожал я плечами. — Нормально всё.

И тут же во весь голос Вейке:

— Хорош орать! Переполошила всех!

И, едва та затихла, снова охотнику, разводя руки в стороны:

— Бабы. Решила, убивают меня. Вечно лезет дурёха в мужские дела.

— Вот, мать! — ругнулся охранник и тут же заорал напарнику наверх. — Гоча! Не слезай. Детвора подралась. Всё в порядке.

Потом снова повернулся ко мне.

— Посветлу занимайтесь своими мужскими делами, — зло буркнул он, выделив тоном слово «мужскими». — Забирай свою девку — и бегом домой. Ещё раз ор устроите после заката — Хвану сдам.