Безродыш. Предземье

Теперь, когда мальчишка остыл, он поймёт, что свою силу по-прежнему нужно скрывать. Пока его не взяли в охотники — а случится это, как я понимаю, не раньше осеннего замера — свои успехи в развитии надлежит хранить в тайне.

При всей своей импульсивности Кит не дурак. Он ребёнок. А детям свойственно ошибаться и делать глупости. Сегодня Санос переиграл его подчистую. Понятно же, что выбор места для встречи с подругой, не был случайным. Парень осознанно притащил её именно в эти кусты, растущие между поляной, где Кит резал траву, и дубом, где он прыгал по веткам. Санос хотел, чтобы мальчишка наткнулся на них. Ещё одно развлечение, плюс месть за прошлый раз, когда Кит проучил наглецов.

Не сейчас, так чуть позже мальчишка это поймёт и выберет правильную линию поведения. Открытая конфронтация исключена. Нужно действовать хитро. Как жаль, что я даже подсказать ему не могу. Но он справится. Слава звёздам, он ещё не подросток. Дави на него в купе с прочим ещё и гормоны, всё бы было гораздо сложнее.

К той же Вее Кит в силу возраста испытывает пока только родственную любовь. С наличием плотского влечения проблема бы обострилась в разы. Сейчас ревность есть, но желание уберечь от беды, защитить сильнее значительно. К тому времени, когда мальчишка дорастёт до стадии межполовых отношений, его нынешние смехотворные сложности уже будут в прошлом. Главное: не наделать глупостей и выдерживать прежний темп усиления тела, а мудрость и опыт придут.

Одиннадцать бобов… Замечательно. Просто отлично!

Глава четырнадцатая

— Вправить мозги

— И ничего он не урод. Грубоват, да. Ну тут все вы, мальчишки, свой гонор выпячиваете. Санос в душе очень добрый и нежный. Ты его просто не знаешь.

Надутые губы Веи обещали непростой разговор. В душе добрый… Только влюблённая дурочка может ляпнуть такую глупость про Саноса.

— И за сиськи он тебя начал хватать от своей доброты.

— Кит!

— А что, Кит? Не окажись меня рядом, что делала бы? Силой бы он тебя взял, и все дела.

— Дурак! — ещё ярче вспыхнула Вея. — Много ты понимаешь. Мы целовались только.

— Ага. Слышал я. Потом после таких поцелуйчиков пузо у девок растёт.

— Дурак!

— Э нет. Дура здесь ты у нас. Нашла в кого втюриться. Говорю же тебе, урод Санос твой. Помнишь мою битую рожу? Так, то Санос меня драться с Патаром заставил. И в другой раз ещё забавы ради с Брагом и Гаучем стравливал. Зуб даю, закрутил он с тобой, чтобы только мне досадить. Развлечётся и бросит. А скорее, так ещё и на смех перед дружками выставит. Не будь дурой, Вея.

На такую речь у сестры сходу не нашлось, что ответить. Пуще прежнего надулась и зыркает из-под сведённых бровей лютым ворогом.

— Чушь несёшь, — выдавила она, наконец, через несколько долгих секунд. — Подспорники из разных ватаг постоянно дерутся друг с другом.