Безрассудный (ЛП)

— Денни?

Комната была абсолютно пуста, и мой голос эхом отразился от стен. Он уехал? Но я ведь не попрощался…

Я сбежал вниз, крича родителям, чтобы они подождали меня. Хотя, конечно, никого там не было, и ответом мне стала тишина. Я проверил каждую комнату в доме, но был совершенно один. В изумлении, я смотрел на входную дверь. Они уехали без меня. Мои родители украли у меня шанс проститься с лучшим другом, что у меня когда-либо был. Чертовы придурки. Горячие слёзы жгли глаза. Лишать меня любого счастливого момента, какого только можно, — это в их стиле. Наверное, я больше никогда не увижу Денни.

Как только эта мысль стукнула мне в голову, я услышал, как на подъездную дорожку въехала машина. Отец вошел в дом, и я, переполненный гневом и чувством вины, крикнул ему:

— Как вы могли уехать, не дав мне попрощаться!

Когда я оказался в пределах досягаемости, тыльная сторона руки отца врезалась в мою челюсть. Я почувствовал вкус крови во рту, и это поразило меня настолько, что я рухнул на пол. Я привык, что папа отступал, когда Денни был поблизости. Я стал довольно… самонадеянным. Но Денни больше не было рядом. Я был сам по себе.

Когда я посмотрел на отца, выражение его лица граничило со счастьем.

— Знаешь, как долго я ждал, чтобы сделать это? — грубо поинтересовался он.

Начиная дрожать, я отодвигался назад до тех пор, пока мой позвоночник не коснулся стены.

— Прости, — тут же пробормотал я. Как я мог так быстро забыть, каким он был на самом деле?

Отец сощурился, а затем начал медленно и методично вытягивать ремень. Мне казалось, меня стошнит, пока я смотрел на него. Я знал, что не мог сбежать, что мне было некуда идти, негде спрятаться, и из-за этого перед глазами помутнело от слез.

Пока мама с безучастным взглядом стояла позади отца, он спокойно сказал:

— Кажется, все легко сходило тебе с рук, пока у нас были гости. Ты выставлял напоказ нашу снисходительность… Испытывал нас, злоупотреблял нашей добротой. Ты выставил нас дураками.

Его голос стал злее, а лицо потемнело. Когда он высвободил ремень из своих брюк, то сложил его пополам. Схватив оба конца, он щелкнул кожей, издавшей ужасный треск, который, как я знал, доставит мне дикую боль.

— Прости, — качая головой, шептал я.

Он проигнорировал меня. Вставая прямо передо мной, он выплюнул:"

"— Ты думал, мы позволим твоей наглости навсегда остаться безнаказанной? Ты думал, что не будет цены, которую тебе придется заплатить за все, что ты сделал? Цена есть всегда, Келлан. Пора бы тебе запомнить это.

Испуганно вздрогнув, я подскочил с кровати. Моя грудь вздымалась, сердце бешено колотилось. Я провел по волосам дрожащими пальцами. Можно было подумать, кошмары прекратятся после смерти тех, кто был их причиной, но это было не так.