Безопасник

Загвоздка в том, что Егору не хотелось никого, кроме Ники.

Он смотрел на неё, пожирая. Зная, что даже девственнице понятно, что его вот-вот взорвет от переполнявшего возбуждения. Скованный обещанием. Теперь ему оставалось только ждать.

В бане у него были немного другие возможности. Там можно было пошалить. Сейчас же…

– Я не могу рассмотреть… – голос Ники стал совсем тихим. Прежде чем продолжить, она облизнула губы, и вид её розового язычка, скользящего по губам, оказался для Егора тем ещё испытанием. В голове взорвался огненный шар и вырисовал картинку, как этот язычок облизывает головку его члена: – … есть ли у тебя царапины за штанам?

Ок. Замечательно. Здорово. Превосходно.

Значит, снимаем штаны.

Даже в армии Беркут не раздевался так быстро.

Штаны последовали за футболкой.

Егор выпрямился, уже основательно заведясь. Ему понравилась игра Ники. Да-да, именно игра. Девушка не могла открыто сдастся ему. Просто сказать: «Егор, возьми меня». Что-то ей мешало. Возможно, он даже догадывался, что. То чувство, которое позволило ей сохранить девственность после двадцати. Сохранить для него.

Он видел в её глазах смущение и зарождающуюся страсть. Он замечал, как она постоянно тянется тонкими музыкальными пальчиками к его коже. Одна часть её женского существа желает дотронуться, прикоснуться, попробовать. Вторая упрямо настаивает на принципах, когда-то ею же созданных.

Егор уважал принципиальных людей. Оттого второй раз за сутки стоял перед Вероникой в одних плавках, стоял с болезненным стояком.

Ника молча рассматривала его. Не стесняясь. Не таясь. Словно видела впервые.

– Шрам, – с легким придыханием сказала она, проведя по животу. – И тут ещё один. И вот тут… У тебя много шрамов, Егор.

– Шрамы украшают мужчину, – усмехнулся мужчина.

– Откуда они?

– Я бывший военный. Служил в спецвойсках.

– Срочник? Или офицер?

– Офицер.

– Благородно, – она дотронулась ещё до одного шрама, что располагался под правой грудью. – Теперь я частично могу предположить, почему ты занялся охранной деятельностью.

Егор не стал говорить, что в его сферу занятости входит не только охранная деятельность. Сейчас точно ни к чему. Может быть, как-нибудь потом.

Если бы он не был крайне возбужден и мог думать о чем-то ещё, то его точно сильно поразила бы мысль, что он собирался что-то рассказывать девушке. В свою жизнь он давно никого не пускал. Особенно женщин. Есть интернет, есть общая информация о нем – вот и всё, что должна знать та, с которой он собрался провести вечер.

– Хочу посмотреть твою спину."

"Тихий голос Ники пробирал его насквозь, тайком забирался под кожу, проникал в бурлящую кровь. Ему стоило титанических усилий стоять вот так – руки вдоль тела и позволять Нике осматривать себя. Играть с ним.