Безмятежный лотос 3 (СИ)

— Н-но шиди, — слегка запинаясь от того, что его продолжали периодически встряхивать, проговорил Веньян. — Как глава ордена я обязан распоряжаться моими младшими братьями и сестрами.

Вика поняла, что заклинатель непреклонен в своем решении, и ей очень захотелось постучать его головой об стену, чтобы вбить немного здравого смысла. Однако она не могла себе такого позволить. Вместо этого, она отшвырнула шисюна от себя и холодно процедила:

Не успел Веньян порадоваться своей победе, как Вика продолжила:

— Значит, на этом наши пути с Безмятежным орденом расходятся. Мне нужно написать заявление об увольнении или можно просто молча уйти?

Глава тут же побелел как простыня. На что девушка злорадно усмехнулась.

— Пойду соберу вещи. Жаль расставаться, мне всегда нравилось это место, но свобода дороже.

Она развернулась, чтобы уйти, но тут глава вдруг бросился следом, упал на колени, цепляясь за ее ноги, и разрыдался, умоляя не покидать его. Вика даже опешила от такого бурного представления, как-то она не ожидала такой реакции. Она сама не поняла, как так вышло, но кончилось тем, что она еле-еле успокоила эту истерику и пообещала не уходить, если глава ордена будет вести себя как примерный старший брат, а не одержимый психопат. Ей почти час пришлось уговаривать его разжать руки, а потом перестать цепляться за ее одежду. Отлепить его от себя оказалось сложнее, чем жвачку от волос, но девушка кое-как справилась, хотя уже всерьез начинала подумывать, что проще его вырубить. Талисманом каким-нибудь, или парализующими иглами. Хотя больше всего хотелось просто треснуть ему по голове, чтобы отстал наконец. Но они с главой все же сошлись на том, что Веньхуа поедет на турнир, но во время путешествия никуда не будет ходить без сопровождения. Да и вообще постарается ни во что не влезать и не высовываться лишний раз из гостиницы.

Покинув главный пик, девушка поспешила в свой старый дом, чтобы обсудить произошедшее с Сунлинем. В конце концов, он был единственным, с кем она могла поговорить начистоту о странностях Веньяна. Когда она, все еще кипя возмущением, практически ввалилась внутрь, Цун-Цун как раз пил чай.

— Представляешь, глава ордена пытался заставить меня не ехать на Турнир! — прямо с порога начала она.

— Не думал, что скажу это, но тут я с ним согласен. Я тоже считаю, что сейчас не самое благоприятное время для дальних поездок, — произнес бывший злодей, поставив на стол еще одну чашку и наполнив ее напитком.

— Ты же ученый! Как ты можешь верить в чушь насчет комет?! — с видом "и ты, Брут!" воскликнула она и присела напротив.

— Комета ни при чем. Просто у меня дурные предчувствия насчет этого Турнира.

— О, так это от тебя я предчувствия унаследовала? А я-то все удивлялась, что это со мной такое странное происходит.