Бездушный

Он показался мне немного старше Вишеса – наверное, чуть больше тридцати лет, – крепкого телосложения с пшеничного цвета волосами и в идеально подогнанном по фигуре костюме алчного брокера с Уолл-стрит.

– Что желаете выпить? – спросила я, чувствуя, как сжимается горло."

"Улыбка исчезла с моего лица. Да я вообще дышала?

– Коктейль «Черный русский», – ответил мне Костюм, обведя взглядом мою фигуру и остановившись на груди.

– А вам? – обратилась я к Вишесу, утыкаясь в блокнот.

Я старательно делала вид, что записываю заказ, хотя легко запомнила его. Так что моя дрожащая рука, порхая по бумаге, строчила какие-то каракули.

– Бурбон, чистый. – Голос Вишеса звучал безразлично, а в глазах не отразилось ни единой эмоции, когда он посмотрел на мою ручку.

Не на меня, а именно на ручку.

Отрешенный. Равнодушный. Безучастный.

Ничего не изменилось.

Я развернулась и похромала к бару в чересчур тесных туфлях Рашель, чтобы передать заказ Кайлу.

Может, Вишес не узнал меня? В конце концов, какое ему до меня дело? Прошло уже десять лет. А я прожила в поместье Спенсеров всего год, пока училась в выпускном классе.

Я постучала по стойке погрызенным кончиком ручки, привлекая внимания Кайла, а затем озвучила заказ. Услышав, что Костюм заказал «Черный русский», он застонал, потому что ненавидел готовить коктейли. Я не стала спешить к следующему столику, а осталась у стойки и украдкой бросила еще один взгляд на парня, от которого мое сердце начинало биться чаще. Он выглядел очень классно. Худощавый, мускулистый и невероятно мужественный. Да, последние десять лет у него прошли заметно лучше, чем у меня. И тут мне стало интересно, а он оказался на Манхэттене проездом или живет здесь? Почему-то меня очень взволновал вопрос, живет ли он в Нью-Йорке. Вот только Рози и родители знали, что лучше не упоминать в разговоре никого из Хулиганов.

«Нет, Вишес оказался здесь по делам», – решила я.

И я все еще ненавидела его так сильно, что даже с трудом удавалось вздохнуть при взгляде на него.

– Твой заказ готов, – объявил Кайл у меня за спиной.

Вздрогнув, я повернулась к нему и поставила стаканы на поднос. А затем сделала глубокий вдох и направилась обратно к столику Вишеса. Колени задрожали, когда я подумала о том, как выгляжу в своей откровенной униформе. В дешевом укороченном топе и туфлях на два размера меньше.

Но, даже чувствуя стыд, я расправила плечи и натянула на лицо широкую улыбку. Может, и к лучшему, что Вишес меня не вспомнил. Мне бы не хотелось, чтобы он знал, что я оказалась едва сводящей концы с концами официанткой, которая питалась лишь хлопьями да макаронами с сыром.

– Ваш коктейль и ваш бурбон.

Я положила на черную столешницу красные салфетки, а затем опустила на них стаканы.