Бездна в твоих глазах

— Я сказал: тебя больше никто не тронет! — резко отвечает он. Молчу, потому что если Тимур не решит этот вопрос, Саша начнет зверствовать, и мирно расстаться уже не получится.

— Зачем ты приехал? — спрашиваю, разливая кофе по чашкам. Накатывает усталость и опустошенность.

— Хотел тебя увидеть. Ты, Лиса, не даешь мне покоя, — вполне серьезно говорит и заглядывает в глаза. А у меня мурашки бегут от его черных бездонных глаз. Но в них нет заботы, нежности и чего-то тёплого. В них жажда и похоть, блеск азарта. Я отказала Тимуру, и ему хочется поиграть. А мне хочется покоя.

— Зря это все, не трать свое время. За помощь с Сашей буду благодарна, но ответных реверансов делать не буду. Поскольку это он из-за тебя обозлился.

— А до этого синяки на твоём теле основались от жёстких игр в постели?!

— А это не твое дело! — повышаю голос. — Просто оставьте меня все в покое!

— Не повышай на меня тон! — холодно говорит он, почти приказывая.

— Я очень устала и хочу спать, — уже спокойно отвечаю я и прикрываю глаза. Сил, действительно, нет, ни физических, ни моральных.

— Проводи меня, — говорит он, поднимаясь с места. Послушно иду за Тимуром в прихожую, облокачиваюсь на стену и смотрю, как он обувается. В моей квартире этот мужчина кажется ещё больше, и на меня давит его присутствие.

Тимур не уходит, он вдруг делает шаг ко мне, ставит руки по обе стороны от моей головы, заключая в свой плен. Меня окутывает его запахом, и теплом сильного тела. Я словно попадаю под гипноз. Нужно оттолкнуть мужчину, но я смотрю ему в глаза, вновь оказываясь на краю бездны. Мне страшно, и я точно знаю, что разобьюсь, но стою и тону в этом черном взгляде.

— Я дико тебя хочу, Лиса, со мной впервые такое, — его голос хрипнет, а у меня мурашки от его голоса, и воздух заканчивается. Не могу ничего ответить, все словно в тумане. Вижу только его черные глаза, в которых загорается огонь. Чувствую его тяжёлое дыхание на своих губах и прекращаю принадлежать себе. Сильная рука обхватывает мою шею, но не сжимает, просто фиксирует, чтобы не разрывать контакт. — Какие у тебя глаза, — понижая тон, говорит он, а я не могу ничего ответить, схожу с ума. — Такие завораживающие. — Тимур наклоняется ко мне, прикасается губами к губам, и меня бросает в жар. Его губы обжигают одним прикосновением. Ноги подкашиваются от его близости. Умом понимаю, что нужно оттолкнуть, прогнать этого волка, который сейчас меня съест, но сделать с собой ничего не могу.

Тимур сначала аккуратно исследует мои губы, проводит по ним языком, немного всасывает, а потом набрасывается на мой рот и жадно целует, раздвигая губы языком, вторгаясь в меня, ударяясь зубами, нагло сплетая языки, насилуя меня.