Божественная бездна

В замке должны найтись камины, и уж точно есть кухни. Готовят же они где-то пищу.

— О боги… не мог взять на пару вязанок дров больше? — разочарованно произнесла фея. — Кстати, почему ты не вызвал либлинов во время боя? Они могли схватить лучника и не позволить ему уйти.

— Время. И твоя несдержанность. В прошлый раз им потребовалось больше десяти секунд, чтобы сформироваться. Я не планировал драться так открыто, собирался выждать и из-за твоей пробившейся агрессии не успел подготовиться. Но то, что не показал свою главную способность, даже хорошо. Один из врагов выжил, но увидели только одну форму. Если придется с ними столкнуться еще раз — останутся козыри.

— О боги… он выздоровеет, окрепнет, наймет сильных союзников и возьмет оружие. И что ты будешь делать тогда?

— Тогда мы сами будем сильнее, а ты в следующий раз, вместо того чтобы мешаться, будешь помогать. Еще раз – месть нужно подавать холодной! С твоим правилом не оставлять в живых никого, чтобы он потом не пришел по твою душу, начинать надо с массового убийства детей. А то они, знаешь ли, имеют привычку взрослеть и крепнуть. А то затаят обиду в своих маленьких черных сердечках и станут монстрами.

— Так далеко я не думала, — нехотя признала Веста.

— Вот. Нам нужно добиться того, чтобы у нас появились сильные союзники. Так, чтобы нападение на нас стоило дороже, чем потенциальная прибыль от нашей смерти. Может прозвучать глупо и наивно, но на самом деле это единственный способ выживания в нормальном мире, — ответил я, рассматривая парящий впереди замок. — Почему он не падает? Издали казался крошечным, но это же огромный многоуровневый город. Тут только на поверхности могут жить сотни тысяч, а скала тянется вниз на сотни метров и висит в воздухе!

— Она не висит, она плывет в ложном море. Прозрачная божественная эссенция, отделяющая мир поверхности от мира Бездны. Закручивающая разрушительные энергии, не позволяя им вырваться наружу, — ответила фея, вспорхнувшая над мостом. Уже собираясь ее окрикнуть, я махнул рукой. Мы опережали ближайших путников минимум на полчаса и на несколько километров. С такого расстояния разглядеть что-то конкретное невозможно.

— Ты уже решила, кто именно должен умереть во имя твоей великой мести?

— О да, боги… да, — усмехнулась Веста, возвращаясь. — Их я помню поименно. Божественные герои. Четверка уродов, чьи имена я повторяла каждую ночь. Малфегат — король-охотник дварфов, дрессировщик адских тварей. В его каменоломне ты был. Архимаг гномов Келохир — пожелавший получить всю магию безумец, проклятьем заточивший меня в скале. Вигнисанк — чертов мутант, полурослик-переросток. И, наконец, «святая» Кламен. Верховная жрица их проклятого ордена Матери.