Казнь без злого умысла

"

"– А что поделать? – Он картинно развел руками. – Должность обязывает. Когда опером бегал – все проще было. А теперь сплошные политесы. Я и сам еще не все слова выучил. Например, вот это… как его… каж… кежу… Нет, не выговорю. Но это то, в чем надо быть на торжестве в театре.

– Casual elegant?

– Во-во. Я уж постеснялся у Инны спрашивать, что это такое. На тебя понадеялся. Так что это?

– Это нормальное, – успокоила его Настя. – Примерно то, что мы с тобой взяли для деловых ужинов. Покатит. Ну что, звонить Саше? Пусть даст команду, чтобы не получилось, что мы самовольничаем.

– Звони. И поехали уже, Настюха, время идет, у нас еще четыре участка на сегодня запланированы.

Александр Каменский идею посещения торжества одобрил: личное знакомство всегда полезно, особенно если удастся оказаться представленными и действующему мэру, и его конкурентам на выборах. Кто-нибудь из них станет первым лицом и будет руководить городом во время строительства пансионата, и не грех расположить их к себе заранее.

– Если нужно купить что-то из одежды для вечера – не стесняйтесь, – сказал на прощание брат. – Все должны видеть, что вы люди не бедные. Посол – лицо страны.

– Обойдемся, – хмыкнула Настя.

* * *После обзора участков Настя и Коротков направились в гостиницу, посидели в ресторане и поднялись в свои номера, чтобы выбрать одежду для посещения театра. Пожалуй, она погорячилась, гордо заявив брату Саше, что они «обойдутся». Ее темно-серый брючный костюм имел вид вполне деловой и строгий, но ничего торжественного в нем не было. К нему бы украшения, хоть какие-нибудь… Но украшений она в эту поездку не взяла, ей такое даже в голову не пришло. Только обручальное кольцо, которое Настя никогда не снимала. Ситуацию мог бы спасти правильно подобранный шарфик или платок. Но где его взять в воскресенье во второй половине дня? В выходные дни обычно работают только бутики, цены в которых заставляют Настю содрогнуться и заплакать от горестного осознания того, что тридцать лет верной службы государству ничего в глазах этого самого государства не стоят. Магазины эконом-класса в воскресенье, как правило, закрыты. Дело даже не в том, что у нее нет денег, у нее и зарплата сейчас неплохая, и Александр перевел на их с Коротковым карточки более чем достаточную сумму, сказав, чтобы его посланники ни в чем себе не отказывали. Деньги у нее есть. Но и обида тоже есть. И эта обида не позволяет ей радостно тратить деньги на то, что, на ее взгляд, является избыточным и не жизненно необходимым.

Достав косметичку, она нанесла легкий макияж. Общий вид стал лучше, но ненамного.

Она постучалась в дверь, ведущую в номер Короткова.

– Юр, как у тебя?

– На похороны можно, – послышался из спальни его угрюмый голос. – Или в суд на скамью подсудимых.