Без взаимности

Тугие стенки сокращались, пытаясь приспособиться, но это было невозможно так быстро, с ходу. Дарина застонала, пытаясь выползти из-под него и извиваясь всем телом, но его бедра твердо пришпилили ее к кровати.

- Блядь, вот так! -  прорычал Артем, немного выходя, чтобы тут же толкнуться вперед, еще глубже, хотя ей казалось, что это физически невозможно."

"- Подожди! Артем, пожалуйста! - всхлипнула Рина, чувствуя себя совершенно беспомощной.

Такая наполненность причиняла дискомфорт.

- Дай мне привыкнуть, - умоляюще прошептала она. - Слишком много.

- Разве ты не этого хотела? - рыкнул он, приподнимая ее задницу и шлепая по ней. - Намокла даже до того, как  я тебя коснулся. Или это Егор тебя так возбудил? О чем Вы говорили? Или, не только говорили?

Ее глаза округлились от его слов и очередного глубокого толчка, высекающего искры из глаз.

- Ты псих! - зло воскликнула она. - Я не шлюха, чтобы спать с Егором сразу после тебя! А ну, слезь с меня!

Дарина взбрыкнула и он немного переместился, наваливаясь на ее спину. Шеи коснулись горячие губы в коротком поцелуе.

- Ты только моя, Рина! - прошептал он в ее кожу, немного расслабляясь. - Привыкай быстрее, потому что сегодня я с тебя не слезу.

Она не могла не почувствовать мгновенную перемену в его настроении. Артем злился, потому что… ревновал? К Егору?

Девушка не успела обдумать эту мысль, так как он, внезапно, полностью вышел из нее и начал входить уже медленнее, дразня пальцами клитор. Рина застонала от этой ласки, сжимая руками одеяло и упираясь в него лбом. От предыдущего оргазма она была такой мокрой, что это облегчало скольжение члена в узкую дырочку, но он все равно был большим, а Артем не хотел медлить. Снова загнал в нее на всю длину, отчего просто отодвинутые им в сторону, трусики, врезались в промежность, но, прежде чем она успела сказать, мужчина сам понял, и, просто разорвал их на ней, откидывая ненужный лоскуток в сторону.

- У тебя идеальная пизда, Воробушек, - простонал он ей на ухо, замирая в ней. - Так сильно сжимает мой член.

Рина захныкала, ерзая попой по его паху. Артем ни на минуту не переставал теребить ее клитор, так что зарождающееся удовольствие отогнало дискомфорт на задний план. Или ее стеночки смогли растянуться до его размера, потому что его присутствие в ней тоже начало приносить удовольствие, высекая искры от каждого трения.

Будто издеваясь над ней, Тихонов, словно сдувшись, перешел на медленный темп, обретя, вдруг, терпение, и задерживаясь внутри нее как можно дольше, двигаясь со скоростью улитки. Попытки Рины двигаться навстречу были пресечены его сильной рукой и, как бы она не умоляла, Артем не ускорял толчки. В ней снова росло это темное болезненное удовольствие, заставляя безостановочно стонать и прикусывать подушку.