Без вины преступница

Спокойно, без суеты разместилась на пассажирском сиденье рядом со Степаном, который без конца тер руки и череп и кряхтел от удовольствия, подставляя промерзшие ступни горячей струе воздуха.

– Какой ты изнеженный, Степа! – насмешливо протянула она и ткнула пальцем в бортовой компьютер. – Всего-то минус пятнадцать! Что с того, что ты подождал мать немного?

– Сорок минут, ма. – Он вздохнул, покосился на мать, любовно поглаживающую мех дорогой шубы на коленях. – Я мог замерзнуть и умереть!

– Но ведь не замерз и не умер, – равнодушно пожала она плечами. – Когда ты, наконец, научишься жить настоящим! Я мог бы!.. Весь в своего покойного отца! Точная его копия!

Степа хотел возразить, вступиться за отца. Сказать матери, что отец с его предусмотрительностью сумел избежать многих ошибок. Но она его опередила.

– Если бы он так не осторожничал и не дул на воду, ничего бы этого не случилось.

– Ты о чем, мам?

Степа медленно выруливал с паркинга торгового центра и мать почти не слушал.

– О том, что он очень любил перестраховываться, – отчеканила она.

– Не вижу в этом ничего плохого. – Он выехал на проспект. – Это помогает избежать ненужных ошибок, ма. Разве нет?

– С твоим отцом проклятая осторожность как раз сыграла злую шутку.

Она запахнулась в шубу, уставилась в окно и молчала до самого отцовского дома. Они впервые поехали туда после его смерти. Инициатива совместной поездки принадлежала, как ни странно, матери.

– Я тоже хочу туда поехать, сын, – заявила она, когда Степа обмолвился, что собирается заглянуть в квартиру отца и разобрать там вещи. – Я тоже имею на это право.

Он не стал возражать, а теперь жалел. Мать начнет ворчать. Будет плевать в каждый угол, упрекать отца в скопидомстве. Бедно у него было, очень бедно, когда Степа в последний раз его навещал. А было это…

– А я ведь несколько лет не был в его квартире, – вдруг вспомнил он, останавливаясь у двери, чтобы достать ключи. Обернулся на мать, удивленно поднял брови: – Дверь была другая.

– Дверь была другая, – согласилась она и нетерпеливо толкнула его под локоть: – Открывай уже, Степа!"

"Не только дверь оказалась другой. Все в квартире отца изменилось. Степан с удивлением рассматривал новый кожаный диван в гостиной и плазму в полстены, новенькую кухню со встроенной бытовой техникой и дорогими стульями вокруг круглого стола из бука.

– Мам! Ты что-нибудь понимаешь?

Степа еще раз обошел квартиру отца, ничего в ней не узнавая. Все было новым.

– Мам, это не ты?

– Что я? – Мать скинула шубу на спинку стула и сидела за круглым столом, потягивая дорогой виски из низкого пузатого стакана.

– Не ты приложила руку ко всему этому? – Степа повел руками вокруг себя. Взял в руки бутылку, повертел.