Без вины преступница

– Ты смотри! А кто же его тогда по башке пригрел? Дочка Деревнина?

– Нет, – помотал он головой не по уставу. – Она узнала о смерти бывшего жениха от меня. Я был у нее с опросом наутро после убийства.

– Бывшего? Они расстались сразу после смерти ее отца?

– Не сразу, товарищ полковник. Синев протянул с ней почти полгода. Ушел без объяснения причин перед Новым годом. Просто назвал ее дурой.

Полковник хмыкнул и спрятал улыбку в ладонь. Не станет он рассказывать, что свою молодую супругу, на которой женился, овдовев, тоже порой так называет. Потому что взбалмошная, потому что непослушная, потому что…

Да мало ли почему! Называет любя, и все! Но не бросает же! Разве из-за этого бросают?

– Это не причина, – только и сказал он.

– Так точно, товарищ полковник. Думаю, он просто выполнял чьи-то указания.

Промолчал, хотя очень хотелось рассказать, какая Ольга славная и какая красивая. Дурацкой ее мог назвать только слепой или одержимый ненавистью человек.

– Так, ладно, об этом потом. Что было дальше?

– А дальше… В общем, на ночь гибели Синева у Ольги стопроцентное алиби: была за городом в шумной компании.

– Да понял я, понял. Каким боком здесь Галкин Иван Андреевич?

По тому, каким тоном выговорил это имя полковник, Окунев догадался, что бывшего следака тот не очень жаловал.

– А за что его было любить, капитан? – ответил на его понимающий взгляд Смирнов и со вздохом провел ладонью по густым волосам. – Всюду совал свой нос! Переходил вам дорогу, чтобы сыну своему помочь очередную звезду на погоны сцапать. Вечно путался у вас под ногами. Разве нет? Так каким он боком ко всей этой истории?

– Он столкнулся со мной в подъезде, когда я выходил от свидетельницы. Шел к ней.

– А я что говорю! Снова решил сынку подсобить! – Полковник неодобрительно покачал головой.

– Дело не только в этом, товарищ полковник. – Георгий покусал губы, не зная, как половчее оградить Ольгу от грязи. – Дело в том, что много лет назад Галкин лишился работы как раз из-за дела Деревнина. То есть из-за злополучного ограбления банка, в котором Деревнин был главным подозреваемым.

– Это становится интересным, капитан. И? – Глаза Смирнова азартно полыхнули. – К дочке его он зачем пришел? Через полгода, замечу, после смерти Деревнина.

– Он пришел рассказать ей о прошлом ее отца.

– А она не знала?

– Никак нет. Она вообще его не знала. Он впервые появился в ее жизни, когда ей стукнуло двадцать пять. А сейчас ей двадцать семь лет, товарищ полковник.

– Два года, стало быть, общались… – Полковник задумался. – И за эти два года Деревнин ей ничего о себе не рассказывал?

– Нет. Но Синева, когда тот появился рядом с Ольгой, не жаловал.

– Думаешь, узнал в нем сына погибшего охранника?

– Не могу знать, товарищ полковник.