Индульгенция 3. Без права на смерть

Адье!

Махнув всем рукой, я развернулся и пошел туда, куда глаза глядят. А глядели они в сторону выхода из пустошей, потому как теперь я знал, куда идти, и тут точно не заблужусь.

— Бек, — возник возле меня Пурген и пошел рядом.

На его голове сладко спала Лизи. Этой вообще все пофиг, и у нее всего лишь три состояния — жрать, спать и набить кому-нибудь морду.

— Мы с тобой, — Мавка и Навка шлепали чуть позади.

Но мне было, откровенно говоря, пофиг. Разочаровался я в них, обидно было. Или это юношеский максимализм в заднице играет? Ведь понимаю, что ничем бы они не помогли, но могли же хотя бы попытаться?

Хотя, Мавке в принципе выгодно, чтоб я сдох, потому как тогда она сразу станет свободной. Нет, специально, конечно, она подставлять меня не будет, а вот как сейчас… Я мог бы ей приказать, и она бы пошла, как, собственно, и Навка. Но не стал, потому как видел в них прежде всего команду, где один за всех… Но видимо, я ошибался, забыв, что нормы морали из моего старого мира в этом не работают.

— У тебя есть план? — поравнялась со мной Мавка.

— Закончился, — похлопал я себя по карманам. — Наверное, раньше где-то выронил.

— Дурак. Я про план нападения.

— Какой, к светлым, план? Выйду и всех нагну.

— Там их будет очень много.

— Ну, значит, много нагну. У меня больная фантазия и большой энтузиазм. А еще месяцы практики.

— Так не делается.

— Ага. Никем. Только мной.

— Ты слишком самоуверен.

— Что-то ты так не считала, когда я шел один биться с неведомой хренью. Откуда храбрость сейчас взялась?

— Мы не могли победить в битве с тем… существом. А ты мог.

— И что изменилось сейчас? Пойду один, нагну всех тоже один. Ну, зато и вся слава будет тоже только моя. А героев все любят, особенно изнеженные барышни.

— Ты кроме секса о чем-нибудь еще думать можешь⁈

— А зачем думать о чем-то еще, если можно думать о сексе? Мавка, отвали, а? Вот реально, не до тебя сейчас. Я тут на битву настраиваюсь, а ты мешаешь. Желаешь мне мозг совокупить, выбери для этого более подходящий момент. Поэтому приходи завтра, а лучше через неделю.

— Ладно, занятой ты наш. Думай…

— Я не ваш, а свой собственный. Расстроили вы меня, разочаровали. Разберусь с этими и решу, что с вами делать. Но как раньше уже точно не будет. Не чувствую я себя больше частью команды.

— Ты же понимаешь, что от нас толку бы там не было. Не строй из себя обиженку, Видар."

"— Ага, как только вы перестанете строить из себя пугливых сучек, так и я сразу перестану. Всем можно делать, что хотят, только мне нельзя. Несправедливо, как по мне.

— Если ты думаешь, что мы будем умолять тебя о прощении, то даже не рассчитывай…

— А мне это и не надо. Выберемся, и валите на хрен своей дорогой. То, что вы привязаны ко мне, не означает, что вы должны быть рядом.