Без штанов – но в шляпе

А затем все еще холодно, но уже не так враждебно произнесла:

– Говорите, чего хотите? Денег?

– Нет, деньги меня не интересуют.

– Я хочу с вами познакомиться.

– Постойте, меня осенило! Ты – Руфь? Вторая жена моего мужа?

Кира не нашла что ответить на этот вопрос и поэтому молча таращилась на Галину. А та, не слыша возражений, буквально расцвела:

– Так вот кто ко мне пожаловал! А я-то все думала, захочешь ты со мной поговорить или так и будешь прятаться? Я представляла тебя другой!

– Нет, я такая, – пробормотала Кира.

Она уже поняла, что Галина приняла ее за другую женщину, но пока что не знала, сознаваться ей или скрыть правду.

А Галина, не встречая сопротивления, начала говорить:

– Очень хорошо, что зашла. Молодец! Нам – вторым, третьим и так далее женам – надо держаться вместе. Это только Гуля может нос задирать, а нам-то хвастаться особо нечем. Это в арабских странах наш статус еще как-то закреплен юридически. А тут мы кто? Да никто, просто любовницы. Абсолютно бесправные личности.

– А ты не понимаешь? Если завтра Ахмет умрет, тьфу-тьфу черту в уши, то кто унаследует его дело, деньги, бизнес? Думаешь, ты или я? Нет, ни я, ни ты, а его первая жена – Гуля и ее дети!

Кира молча кивала. Она уже смекнула, что муж у Галины – никакой не муж, а любовник. И у него, судя по всему, полно еще других любовниц, которые сами себя для пущей важности величают его женами. Как отнесется в такой ситуации мужчина к известию о том, что одна из его «жен» бегает к любовнику? Станет проливать кровь этого человека или просто порвет с изменницей?

– Руфь, лапушка, а что, если нам начать дружить? У тебя дети есть?

– Вот и у меня тоже нету. Как думаешь, может, Ахмет того… бесплоден?

– Но ты же говоришь, у него дети… – помимо воли вступила в разговор Кира. – От этой… от Гули.

– Да в том-то и дело, что у нее дети, а у нас – шиш с маслом.

– Ну, почему же! Тебя вот Ахмет в кресло директора посадил.

– Ага! Голова у Ахмета хорошо варит! Мигом сообразил, что я ему и главбух, и управляющий, и любовница, и как директора меня представить не стыдно. Умею держать себя в руках, английский в совершенстве, университет закончила, значит, при случае могу блеснуть эрудицией перед иностранными партнерами или клиентами. Только дошли до меня слухи, что Ахмет хочет расширяться в восточном направлении. А я восточных языков не знаю! Чуешь, к чему дело идет?

– Тебе придется учить арабский!

– Хорошо, коли так. Только сдается мне, что Ахмету легче новую бабу себе найти, чем ждать, пока я арабский язык осилю.

Эта фраза заставила Киру задуматься.

– А не скажешь, на каком это языке?

Она показала записку Гале, но та лишь изумленно покачала головой:

– Понятия не имею. Даже не знаю, что за алфавит. На первый взгляд вроде бы похоже на китайские иероглифы.