Без права выбора

Я на расстоянии почувствовала прикосновение к уху, груди, а затем к запястью. Неведомая сила скользнула вверх, к тому месту, где ко мне восемь месяцев назад прикасался Безгласый.

В глазах тресанки блеснула чернота. Губы искривились, раздалось грудное шипение. Она двинулась ко мне, но граф оттеснил меня рукой назад, частично закрыв собой.

— Ши нара! — его твердость в голосе подавила только зародившийся во мне страх.

— Шайаханара… — закричала женщина и устремилась к нам.

Сорвала на ходу зеленую ткань. Выставила ее вперед, будто собираясь ею задушить меня. Не успела я вскрикнуть, как хозяйку дома откинуло назад сгустком эши. Граф прорычал и потянул меня за собой к выходу.

— Шайаханара! — понеслось нам в спину. — Шайаханара…

Свежий уличный воздух опалил легкие. Лучи дневной звезды обожгли кожу. Я еще порывалась бежать дальше, но Агфар потянул меня за локоть, не позволив.

— Она не последует за нами.

Я уронила руки и перестала контролировать эмоции. Внутри все гудело от их переизбытка. У меня не получилось остановить взгляд на чем-то одном, привести мысли в порядок, справиться с волнением. Догадка, почему женщина решила наброситься на меня и задушить, не давала покоя.

— Тише, мышка, мы больше туда не вернемся.

Он дотронулся до моего подбородка, заставив посмотреть на него. Провел ладонью по волосам. Нахмурился. В глазах мелькнуло беспокойство.

— Что значит шайаханара? — спросила я.

— Это слово предназначалось не тебе. Забудь, — грубо ответил мужчина и отстранился.

Кивнул в сторону ожидавшего нас экипажа и зашагал к нему. Правда, у дверцы остановился, скорее всего, собираясь подать мне руку.

А я не сдвинулась с места. Меня переполняли неприятное послевкусие увиденного и уверенность, что «шайаханара» обращено ко мне. К тому же с ненавистью, опаской, желанием убить.

— Лисая, — с раздражением позвал граф.

Я отступила. Глянула на ветхую дверь, затем на безлюдную узкую улицу, где все постройки выглядели заброшенными. Может, в них тоже жили тресанцы? Вдруг именно поэтому никого нет? Но как они здесь оказались и почему до сих пор на свободе?

— Тебя силком тащить в карету? — оказался рядом Агфар и схватил меня за руку.

Вырвав ее, я снова отступила.

— Не вздумай бежать.

— Что значит «шайаханара»?!

— Тише, — предостерег граф и заозирался. — Это слово не произносят вслух.

— Так что оно значит? — зашептала я, с мольбой посмотрев на близко подошедшего ко мне мужчину.

На скулах заиграли желваки. Агфар пождал губы, поправил воротник, будто удавкой стягивающий горло. А после он резко выдохнул и распахнул ладонь поврежденной руки.

— Ты видела, что это значит. Шайаханара — это человек, которого изнутри пожирает шайи — что-то вроде яда. А теперь идем в карету.

— Шайи, — задумчиво протянула я.