Без права выбора

— Сделаю вид, что не услышала твоих слов по поводу ребенка. Не огорчай меня. А теперь просто раздевайся. Поверь мне, хорошо?

Вскоре я лишилась последних клочков одежды и ступила босыми ногами к каменным ступеням. Поразительно, но не было холодно. Меня переполняла странная уверенность, что именно так следует поступить. Повернулась к графу и взяла его за руку. Даже не обращала внимания на нашу наготу — сейчас не время отвлекаться.

Вода всколыхнулась. От моей ноги во все стороны потянулись черные щупальца. Я охнула, но не остановилась. Погрузилась по колено и, глянув на Агфара, двинулась вперед.

Казалось, сейчас все озеро из-за меня заполнится тьмой. Будет осквернено. Превратиться в жалкое подобие себя и больше не сможет никого очистить.

— Ближе… — звал женский голос. — Еще ближе.

Я тянула графа за руку, не смея разорвать с ним телесный контакт. Дрожала. Не от холода! Меня трясло из-за ощущения, что теряю часть себя. Будто вот эта тьма давно проникла в мой организм и не хотела выводиться — стала неотъемлемой частичкой, въелась в кожу, смешалась с кровью.

— Погрузись с головой, — нежнейшей музыкой разносились слова Айны.

Я повернулась к Агфару и взяла его за вторую руку. Не пускала в сердце переживания и любые эмоции, собралась бездумно следовать указаниям, желая только одного. Все исправить! Уже ощутила, как управляющие моим состоянием нити быстро рвались и исчезали. Я набрала побольше воздуха в легкие. Всего миг — и оказалась под водой, которая согревала и успокаивала, нежно прикасалась не только к моей коже, но и ко всем внутренностям. Проникла в меня. Начала выдирать из самых недр прижившуюся где-то там черноту.

Агфар сильнее сжал мои руки. Вдруг притянул к себе и поцеловал прямо под водой, словно до сих пор страшился потерять даже ту крохотную связь, которой вроде бы больше не было. Делился воздухом. Обнимал за плечи. Дарил любовь, уже не скрывая своих опасений и надеясь лишь на чудо. Я будто услышала его мысли, поняла страхи, ощутила внутреннюю силу и узнала о намерении биться за меня до конца. Со всем миром. Даже в одиночку!

— Я люблю… — сказала, едва мы вынырнули из вмиг ставшей белой воды, но запнулась, заметив кое-что необычное. — Это…

С моего запястья исчезла черная метка. Теперь там были два знака, один вписанный в другой. Пары и Потоков. Белые, как цвет моей эши. Яркие, какими я их даже в детстве не видела.

— Немного не такой, — усмехнулась, проведя пальцем по витиеватому узору. — Когда я наносила год назад, пропустила несколько линий. Оказывается, это… это все-таки был мой?

За всю жизнь видела много татуировок, и некогда, в день рождения Игрис, долго изучала ее знак. Всегда думала, забыла свой, так как он не проявлялся с самого детства…

Я часто заморгала и посмотрела на Агфара.