Без права выбора

Точно не мог!

— Лисая, я волнуюсь за тебя, — не переставала крутиться вокруг меня Игрис, пытаясь из моих длинных непослушных волос сделать красивую прическу. — А если тебя заметят? И платье… Ни одно твое платье не подходит для бала.

— Это будет сюрприз, — лукаво улыбнулась я и потянулась к вылезшей шпильке, за что получила по руке.

— Не мешай. Не видишь, я стараюсь?

— Прически делать — не твое призвание, — подначила я подругу.

— А то я не знаю! — взмахнула она руками и потянулась за кремовой лентой. — У меня для этого есть служанка, от которой ты зря отказалась. К тому же для такого случая у тебя в наличии имеются сестры. Целых три, если помнишь!

— И кто из них способен сотворить нечто такое же бесподобно красивое, как сделала это ты?

Игрис сморщила носик, отмахнулась. Лесть попала точно в цель.

— Вот тут еще шпильки не хватает. Смотри, как болтается.

— Так, Лисая, ты делаешь прическу или я? — возмутилась она, уперев руки в бока, но тут же смягчилась: — Покажи, где болтается?

Спустя четверть часа приготовлений я смогла с уверенностью сказать, что выгляжу красиво. Как минимум та часть, что располагалась выше груди. Собранные в высокую прическу локоны изящно переплетались с тонкими лентами, среди которых совсем немного не хватало белых бусин. Но это все поправимо.

— Давай я тебя проведу, — предложила Игрис, заколов еще одну шпильку. — Отец дома, и он сегодня не в духе.

Подруга поморщилась и спрятала в шкатулку не пригодившиеся ленты. А спустя десять минут мы уже шли к нашему любимому месту — фонтану. Здесь мы встречались и расходились. Тут обсуждали насущные проблемы.

— Он хочет снова… — начала подруга, но запнулась, будто у нее кость поперек горла встала.

Румяное лицо побледнело. В зеленых глазах, устремленных куда-то вдаль, отразилась печаль. Я обернулась и увидела беременную девушку в кругу небольшой свиты, которая прогуливалась по саду.

— А еще такая молодая…

Игрис отвернулась и зажмурилась. Было видно, как ей было непросто. Тонкие брови сошлись на переносице. Крылья вздернутого носа затрепетали. Сама же она сделала глубокий вдох и усилием воли расслабилась.

— Не переживай ты так.

— Знаешь, как страшно?! — воскликнула подруга и, испугавшись громкости сказанного, тут же понизила голос. — А если меня заставят уже в молодости рожать? Я не хочу!

— Никто не заставит. Твой отец довольно богат, чтобы выторговать за свою дочь лет десять-пятнадцать. Уверена, он не желает тебе зла и знает, что делает.

— Десять лет, — обреченно сказала она. — И зачем я родилась с даром Богини? Да и разве это дар?! Проклятье!

— Не надо, Игрис, не начинай.

— А что, я не права? И твоя, и моя мамы были бы живы, если бы в нас не проснулся этот самый «дар».