Без права на ошибку

– Ты действительно любишь этого мальчика?

– Рому? Ну, наверное, да, мне с ним комфортно.

– Комфортно, – фыркнула девушка. – Нужно, чтобы от парня голова кружилась и ноги подкашивались, чтобы от одного его голоса кружилась голова, а ты говоришь, что тебе с этим Ромой комфортно, – она опять фыркнула, на этот раз как-то брезгливо. – Ладно, твое дело. Пойдем скорее, а то дождь начинается, не хотелось бы промокнуть.

Мне оставалось только послушать подругу и ускорить шаг.

Глава 5

Я третий день не посещала занятия, по той простой причине, что все-таки промокла под дождем и уже вечером у меня поднялась температура. Я заболела. Но даже сидя дома, выполняла задания и отсылала преподавателям, дабы снова не отставать от программы.

В отличие от меня, Ане повезло больше – она была здоровой, как бык и ходила в институт без меня. Вчера она заходила в гости: принесла баночку меда и лекции, а также пожелала скорейшего выздоровления, иначе убьет меня. Кажется, я начинаю любить эту дуреху."

"В первый же день моего отсутствия мне позвонила куратор, интересуясь, что со мной случилось. Интересно, у меня паранойя, или же информация, сказанная мной, полетела потом прямо к Авдееву? Надеюсь, паранойя, потому что он не может на мне так помешаться и контролировать любой мой шаг!

Я как раз выполняла домашние задания, когда услышала звонок во входную дверь, и мне стало любопытно, кто это там пришел.

Спустившись вниз, я едва не споткнулась об кота, но все-таки добралась до гостиной, где мама уже ставила на стол большую плетеную  корзину с фруктами, сбоку которой торчал подозрительный клочок бумаги.

– Что это? – я подошла к столу и вынула из корзины листок, разворачивая и вчитываясь в строчки.

– Не знаю, – мама пожала плечами. – Курьер принес. На твое имя.

На мое имя…

Ровным, размашистым почерком в записке были написаны лишь парочка слов:

«Выздоравливай, Екатерина. Надеюсь, скоро встретимся.

Денис Авдеев».

Проклятие…

– Что там? – мама хотела посмотреть в записку, но я тут же сложила лист бумаги и сжала его в ладони.

– Ничего. Это от сокурсников, – соврала я.

– Да? – мама приподняла бровь. – Надо же, какой у вас дружный коллектив.

– Ага, – кивнула я. – Очень дружный.

Я посмотрела на корзину и скривилась.

Зачем Авдеев это сделал? Для чего? Все-таки, у меня нет никакой паранойи, он действительно интересуется мной и это начинает раздражать меня. Не понимаю, чем же я все-таки вызвала такой интерес у этого бизнесмена, что он мне фрукты присылает, желает выздоровления и жаждет встречи? Да какая ему вообще разница до меня?

– Катюш, все хорошо? – мама посмотрела на меня. – Ты какая-то бледная.

– Все нормально, – ответила, замечая, как в комнату входит отчим.

Михаил был рослым мужчиной пятидесяти двух лет.