Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Они расстались с Тоней пять лет назад и так и не развелись официально. Почему-то развода боялись больше всего, причём оба, и оба одинаково сильно. Однажды, устав врать и изворачиваться, глядя прямо ей в глаза, бросил:

– Не пора ли нам отпустить друг друга? Мы будто несём какую-то повинность. Ты мучаешься, я маюсь!

Он с трудом выдержал её взгляд, в котором не было ни страха, ни упрёка, ни разочарования, словно она была давно готова к этому разговору. Потом, через год, она скажет, что страшно всё-таки было, очень страшно – она не могла представить в тот момент, как в первый раз будет справлять Новый год одна. Оказалось, это совсем и не страшно и гораздо лучше, чем видеть скучающее лицо Александра, салат оливье, шампанское за старый, потом новый год, немного телевизора и всё!

Он не понимал, как их жизнь потихоньку скатилась до нудного сожительства. Ведь раньше так не было! Может, всё началось с их непростого решения отправить Женьку учиться в Швейцарию? Скорее всего, они поторопились: сыну было всего тринадцать лет… Инициатором был он, она, как обычно, согласилась и даже не возразила, хотя ей было до невозможного трудно отпускать Женю, чувствовал. Он не винил Тоню, она была святая, а он был таким, каким был, потому что не мог стать другим. В её жизни ничего не поменялось, кроме того что его не стало рядом, ушёл в свободное плавание. Доплавался! Стал ли он счастливее? И да, и нет. Иногда ему катастрофически не хватало её, и он звонил и просил встречи, но всё было разрушено и восстановлению, увы, не подлежало. Она была чудесной, настоящей, близкой, понятной и потерянной навсегда.

Интересно, Саша ещё здесь или ушла? Целых две недели она будет где-то совсем рядом, и он хоть изредка сможет видеть её. Неужели так выглядит любовь, когда вопреки здравому смыслу?.. Столько всего навалилось. И вдруг Саша, и это непонятное чувство, и нестерпимое влечение. Во всём было столько нерационального, сколько и необходимого, как будто он нашёл свой путь к спасению – и не только телесному, скорее души, которая изнывала и требовала неизведанного. Ему хотелось стать преданной собакой, провозгласить Сашу верховной жрицей всех своих помыслов и надежд, отдать всё, чем владеет…

Александра совсем не пугало его нынешнее положение, был уверен: он – мужик и мужиком останется до последнего, невзирая на все вердикты врачей. Странным было только одно – его совсем не волновала реакция Саши, узнай она, что твориться в дурной голове пациента клиники, который перекинулся с ней всего парой фраз. Он всё решил за неё, и это ничуть его не смущало.

Он ошибся, Аркадий пришёл не через два часа, а ровно через час:

– Я сегодня допоздна. Может, посмотрим вместе футбол? Трансляция вечером, часов в семь вроде.

– Посмотрим.