Без подводных камней

Гаккель протянул ему красно-белую пачку «Мальборо», и Шубников, поколебавшись, взял, заметив, что в природе много всего необъяснимого, в частности совпадений и случайностей, одна из которых столкнула их сегодня здесь, в храме науки, в котором он уже сто лет не был и, даст бог, еще сто не появится.

– Я тоже редкий гость, – улыбнулся Гаккель, – внучку просто на танцы вожу во Дворец пионеров и болтаюсь по окрестностям, пока длится занятие. То в Елисеевский зайду, то в книжный, сегодня вот сюда занесло.

Шубников закашлялся. Нет, убийца – любящий дед, это уж слишком! Он решился.

– Валерий Николаевич, а вы случайно не отправляли свои статьи в иностранные журналы? – спросил он вкрадчиво.

– Естественно. И даже не случайно, а на постоянной основе, правда, пока не удостоился полноценной публикации.

– Я имею в виду вместе с Валерией Михайловной.

– Ах это! – Гаккель засмеялся.

– Если нет пророка в своем отечестве, то в чужом очень даже пригодится? Рассылали, было дело. И при жизни Павлова, и особенно в последнее время. Раньше все-таки боязно было, я так, грешным делом, даже себя в авторский коллектив не включил. С одной стороны, вроде бы действительно не имею к разработке препарата прямого отношения, нехорошо пользоваться чужими лаврами, а если честно, то банально испугался. Если бы открылось, что я по нелегальным каналам отправляю на Запад непризнанную работу, то процесс а-ля Даниэль и Синявский надо мной бы не устроили, конечно, но карьеру серьезно притормозили. Сегодня вам, наверное, трудно меня понять, ведь сейчас время такое интересное начинается, свободное, радостное, деятельное. Вы, молодые, даже и не понимаете, из какого капкана выскочили. И это хорошо. Не должно быть в сердце теней старого страха.

– То есть официально вас не было в числе разработчиков вакцины?

– И не было, и был. Когда Лера переводила статью, то ошиблась, написала Valery через y, то есть мужское имя, и только позже выяснилось, что женское идет Valerie через ie или Valeria через ia, но она не знала этих нюансов. Отчество в англоязычной литературе не указывается, поэтому автором все равно получился Валерий Гаккель из мединститута. Она еще смеялась, что если из Нобелевского комитета придут, то за ней, а если из КГБ, то пусть за мной. С другой стороны, правильно, ведь чтобы произносить речь, нужно владеть предметом, а в камере никаких специальных знаний не требуется. Зона, как земля, всех принимает. Но покамест не связывались ни оттуда, ни оттуда.

– А в других статьях как?

Валерий Николаевич пожал плечами:

– Точно не знаю, но кажется, нет. Решила так оставить, чтобы не было путаницы.

Шубников кивнул и глубоко затянулся. Не так уж он и молод, чтобы не понимать разницу между затхлым воздухом застоя и легким ветерком перемен, который дует пока еще в форточку.