Пропавших без вести – не награждать!

Естественно, все пространство вокруг покойника они затоптали, заплевали и забросали окурками самокруток и папирос. Лоскутова это варварское отношение к осмотру места происшествия не смутило. Привык.

– Кто нашел убитого? – спросил он у милиционеров.

Подошел худенький солдатик-новобранец из весеннего призыва.

– Где лежало тело и как ты его заметил?

Почувствовав в Николае Егоровиче начальника, солдатик преобразился, воспрянул духом. До прибытия Лоскутова он терялся в субординации, не мог понять, кто из собравшихся офицеров главный.

Выслушав очевидца, Николай Егорович заставил его выйти на дорогу и в точности показать: откуда он заметил торчащие из кустов сапоги, с какой стороны подходил к убитому, где остановил попутную машину.

– Товарищ капитан, – обратился к Лоскутову незнакомый лейтенант. – Метрах в пяти от убитого мы обнаружили вещмешок с камуфляжным костюмом. Камуфляж весь в грязи. По размеру совпадает с его телосложением.

– Нож не нашли? Ищите. С той стороны дороги посмотрите, в кустах пошарьте. Где-то тут должен быть нож.

– Какой нож? – переспросил кто-то из солдат. – Как он должен выглядеть?

– Мать его! – выругался Николай Егорович. – Здесь что, под каждым кустом по ножу валяется? Какой нож найдете, тот и несите сюда. Чего встали? Разбились в две цепи и шагом марш прочесывать обочину!

Разогнав солдат, Лоскутов отыскал судебного медика, пожилого мужчину в мятом гражданском костюме.

– Какова причина смерти? – спросил он, угощая эксперта папироской. – Я что-то на нем никаких следов насилия не вижу.

– У него от сильного удара сзади снизу-вверх черепная коробка слетела с позвоночника. Смерть наступила мгновенно, – медик с удовольствием затянулся. – Чем били, даже не спрашивай, навскидку сказать не могу.

– Понятно, – Лоскутов опустился к убитому на колени, тщательно обнюхал его гимнастерку.

Обступившие Николая Егоровича офицеры были немало удивлены его поведением, но ничего комментировать не стали. Медик был более раскован, для него московский офицер – не начальник.

– След хочешь взять? – ехидно спросил он.

– Уже взял. Где камуфляж?

Едва взглянув на вещмешок с содержимым, Лоскутов, никому ничего не объясняя, уехал в Мурманск.

Вновь в генеральском кабинете собрались Морозов и его заместители. Докладывал Лоскутов.

– С покойником полная туфта! Это не диверсант. Это ложный след. Не буду вдаваться в подробности, остановлюсь только на камуфляже. Я уже говорил вам, что лучше всего переждать бомбардировку отряда на свалке, среди пищевых отходов и бытового мусора. Диверсант так и поступил. От обнаруженного камуфляжа разит гнилой капустой и рыбьими потрохами. А вот от гимнастерки убитого такого запаха нет. Вывод: убитый в камуфляже на свалке не лежал.