Пропавших без вести – не награждать!

Что случилось?

– 106-й отряд разбомбили. Одна бомба попала прямо в казарму. Никто не выжил.

К полудню, когда обстановка более-менее прояснилась, генерал Морозов собрал на совещание членов оперативного штаба «Посох», руководителей разведки Северного флота, представителей СМЕРШ и ПВО 14-й армии. Первым докладывал начальник противовоздушной обороны.

– Около 3 часов ночи одиночный немецкий бомбардировщик, по данным службы воздушного наблюдения и оповещения, двухмоторный «Хейнкель-111», с юга пересек расположение наших войск и вышел к городу Мурманск. На подходе к городу в условиях нулевой видимости пилоты бомбардировщика ориентировались на сигналы радиомаяков, заранее расставленных диверсантами противника. В 3 часа 35 минут бомбардировщик поднырнул под нижнюю кромку облаков и с предельно малой высоты произвел бомбометание по расположению 106-го отряда. Всего были сброшены две осколочно-фугасные бомбы повышенной мощности. Первая бомба разрушила казарму рядового состава, вторая уничтожила административное здание. После бомбардировки самолет ушел в сторону Баренцева моря.

Лоскутов слушал докладчика вполуха. За ночь, проведенную на руинах 106-го отряда, он вымотался, промок. В животе его ныло от голода. Во рту было мерзко от бесчисленно выкуренных папирос.

– Почему на перехват бомбардировщика не были подняты истребители? Почему по нему не открыли огонь зенитные батареи? – раздраженно спросил Морозов.

– Немецкий самолет до Мурманска шел на большой высоте с потушенными огнями. Появился он так внезапно, что ни один истребитель не успел подняться в воздух, а если бы и успел, то отыскать его в ночных условиях нереально. При заходе на бомбометание «хейнкель» появился над землей на считаные минуты. Пока прожектористы пытались нащупать его, он уже вновь ушел за облака.

Генерал заслушал еще несколько офицеров и продолжил совещание в более узком составе. О ходе расследования доложил представитель военной контрразведки.

– Проведенным нами расследованием установлено, что вчера с наступлением темноты в 106-м отряде были проведены все предписанные уставом мероприятия по соблюдению режима светомаскировки: наружное освещение было отключено, окна занавешаны светонепроницаемыми шторами. Примерно около трех часов ночи не установленное следствием лицо ударом ножа в спину убило часового, патрулирующего территорию отряда около хозяйственных помещений. Предположительно этот же человек перед самой бомбардировкой взломал электрощитовую и включил второй, резервный контур освещения. В момент прохождения бомбардировщика над объектом он был освещен, как в мирное время.

– Откуда там взялся второй контур освещения? – спросил Колесников.

– Остался с тех времен, когда объект находился в ведении НКВД.